Когда молитва в муку
Вы всегда встаёте на молитву с радостью?
Вы хотите молиться? Ждете ли вы того времени, когда
наконец-то освободитесь от житейской суеты и рутины и
сможете уединиться для молитвенного правила? Если да, то
я очень рад за вас. У меня, к сожалению, это далеко не
всегда так.
Я знаю очень многих христиан, для
которых правило, которое "надо вычитать", часто
становится оброком. И приходится его читать, потому что
"надо". Это воспринимается как дань, которую нужно
заплатить, чтобы показать Богу свое присутствие и
почтение. Чтобы успокоить совесть: "вычитал всё, что
положено". Не помолился, а именно вычитал. Мне кажется,
часто происходит так, что количество слов убивает
качество. Форма убивает дух. Молитва становится
необходимым, но обременительным ритуалом. Это не
оживотворяет душу, а убивает саму молитву. Я помню, как
когда-то очень давно решил Великим постом вычитывать на
домашнем келейном правиле всё, что положено читать в
церкви - всё правило, от и до. Мало того что это
занимало у меня не менее восьми–десяти часов в сутки,
главным итогом эксперимента стало то, что через
несколько недель я не мог не то что молиться, а даже
думать о молитве. Только спустя время я смог возобновить
правило.
Протоиерей Игорь Рябко
Молитвенное правило нужно нам для того,
чтобы сфокусировать нашу душу на Боге. Но что делать,
если она не хочет фокусироваться? Если правило
становится гирей на шее?
Святитель Феофан Затворник сравнивал
молитвенное правило с обувью: если она начинает жать, её
лучше сменить. Наша ошибка в том, что мы ставим
количество выше качества. Святитель советовал определять
правило временем, а не количеством молитв. Пусть это
будет полчаса внимательного общения с Богом, а не десять
страниц текста, которые необходимо прочесть.
Обратите внимание на то, как молился
святой праведный Иоанн Кронштадтский. Он был "гением
короткой дистанции". В своих дневниках он описывал, как
иногда "застревал" над одним словом: "Помилуй" или "Святый".
Он писал, что если слово "зацепило" сердце - не нужно
идти дальше. Нужно "пить" это слово, пока жажда не
утолится. Его мысль: "Бог - это Живое Существо, а не
грамматическая конструкция. С Ним нельзя разговаривать
по бумажке, если сердце при этом спит".
Французский философ Симона Вейль
написала такие слова: "Абсолютное внимание - это и есть
молитва". Она считала, что если человек максимально
сосредоточен на смысле одного-единственного псалма, он
делает для своей души больше, чем тот, кто рассеянно
прочитал всю Псалтирь. Внимание - это валюта, которой мы
платим за встречу с Богом.
***
Читайте также по теме:
***
Первые монахи вообще не умели читать.
Это были египетские крестьяне, не знавшие грамоты, но
при этом их молитва была огненной. Нас же научили
заменять живое общение с Богом "правилом". Нужно
прочитать три канона, Последование к Святому Причащению
- и только тогда можно приступать к принятию Святых
Даров. Но разве этим измеряется наше достоинство или
недостоинство? Разве количество прочитанного текста
должно становиться необходимым условием? Старец Паисий
Святогорец говорил: "Бог - это не прокурор с кодексом
законов, а Отец, который радуется даже лепету ребенка,
если этот лепет искренен".
Молитва своими словами - это не "самодеятельность",
а свидетельство живых отношений. Идете на работу: "Господи,
благослови этот путь". Видите красивое дерево: "Слава
Тебе, Творец, за эту красоту". Чувствуете гнев на
коллегу: "Господи, утиши мое сердце". Это делает веру не
"воскресным хобби", а самой тканью жизни. Короткая
молитва "прошивает" суету, возвращая нас в присутствие
Божье здесь и сейчас.
В своих знаменитых дневниках отец
Александр Шмеман часто писал о "религиозном
идолопоклонстве" перед формой. Он отмечал, что человек
может стать рабом "церковности", потеряв при этом Самого
Христа. Он призывал возвращаться к радости: "Главная
победа дьявола - сделать молитву скучной. Если молитва
стала скучной - значит, в ней нет Личности, а есть
только механизм".
Однажды Блез Паскаль среди ночи пережил
особое духовное озарение; его дух пребывал в состоянии
глубокого созерцания. После этой ночи Паскаль
практически забросил светскую науку и посвятил себя
защите христианства и изучению человеческой души.
Памятью о той ночи осталась зашитая в его камзол
записка, которую нашли после смерти философа. Там были
такие слова: "Огонь. Бог Авраама, Бог Исаака, Бог
Иакова, а не философов и ученых. Уверенность.
Уверенность. Чувство. Радость. Мир. Бог Иисуса Христа...
Забвение мира и всего, кроме Бога... Радость, радость,
радость, слезы радости".
Обратите внимание, как часто он
повторяет слово "Радость". Для Паскаля, человека
болезненного, страдавшего от жутких мигреней, такая
экстатическая радость была высшим доказательством
реальности происходящего. Это был не "дофаминовый
всплеск", а глубокий, тихий мир, который наступает после
бури. До этой ночи он пытался "вычислить" Бога. После
-
он Его почувствовал. Слово "Огонь" в самом начале
записки - это не метафора тепла. Это символ Присутствия,
которое очищает, обжигает и делает невозможным
возвращение к прежней, "прохладной" жизни.
Начинать молитвенное правило, свой
разговор с Богом лучше с молчания перед Ним. Хотя бы
полминуты, прежде чем сказать первое слово. Говорите Ему
из своей тишины. Вспомните пророка Илию на горе Хорив.
Бог был не в буре, не в землетрясении и не в огне. Он
был в "веянии тихого ветра" (в оригинале - "голос тонкой
тишины"). Мы привыкли кричать, чтобы нас услышали. Но
Бог не глухой, Он - любящий. Иногда, чтобы услышать Его
голос, нужно перестать говорить самому. Преподобный
Исаак Сирин сказал: "Молчание - это тайна будущего века,
а слова - лишь орудия этого мира". О том же учил и
святитель Николай Сербский: "Тишина - это единственное
место, где человеческая гордыня замолкает и начинает
говорить Бог". Паскаль также утверждал: "Все несчастья
человека происходят от того, что он не может в
одиночестве и тишине посидеть в своей комнате".
Я встречал любящие пары, прожившие
вместе десятки лет. Им не обязательно говорить за
ужином. Они просто сидят рядом, и в этой тишине больше
любви, чем в тысяче признаний. Это и есть высший уровень
отношений с Богом - когда слова уже не нужны. Когда мы
загораем, мы не совершаем никаких действий. Мы просто
подставляем лицо свету. Тихая молитва - это "духовный
загар". Мы просто подставляем свою душу под лучи
Божественной благодати. Он действует, а мы - принимаем.
Мысли во время молитвы - как назойливые
комары. Они будут атаковать вас, лезть в голову. Но
представьте, что вы сидите на перроне вокзала. Поезда
приходят и уходят, но это не ваш поезд. Вы сидите на
месте. Мысли - это поезда, а ваше внимание приковано к
Лику Христа. Нам нужно, в конце концов, понять, что
молитвенное правило - это время общения с Богом, а не
нашего отчета. Когда мы звоним другу по телефону, мы не
читаем ему вслух свежую газету - он её уже читал. Мы с
ним разговариваем. И это общение нужно не только для
того, чтобы что-то от Бога получить. Вы бы хотели, чтобы
ваш ребенок приходил к вам только тогда, когда ему нужны
деньги или помощь с уроками? Настоящая молитва
начинается там, где заканчиваются наши слова. Когда мы
перестаем информировать Бога о своих проблемах (Он и так
их знает лучше нас) и начинаем просто быть в Его
присутствии.
Молитвенное правило может состоять как
из слов, так и из молчания перед Богом. Исихазм у нас
всегда ассоциируется с практикой Иисусовой молитвы, но
мы редко говорим о том, что означает само это слово
("тишина", "покой", "отрешенность"). Наша душа часто
похожа на стакан с мутной водой, который постоянно
трясут. В этой мути ничего не видно. Тишина - это когда
вы ставите стакан на стол. Муть оседает, вода становится
прозрачной, и в ней начинает отражаться Солнце. В тишине
мы не "выдумываем" Бога, мы даем Ему возможность
отразиться в нас.
Давайте просто помолчим вместе перед
лицом Того, Кто любит нас больше, чем мы сами себя.
Всего десять секунд. Просто слушайте Его тишину.
Вслушайтесь в то, как Бог говорит с вами в тишине вашего
сердца.
Игорь Рябко, протоиерей
В Контакте - 16.04.2026.
|
