Миссионерско-апологетический проект "К Истине": "Иисус сказал… Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня" (Ин.14:6)

ГлавнаяО проектеО центреВаши вопросыРекомендуемНа злобу дняБиблиотекаНовые публикацииПоиск


  Читайте нас:
 Читайте нас в социальных сетях
• Поиск
• Авторы
• Карта сайта
• RSS-рассылка
• Новые статьи
• Фильмы
• 3D-экскурсия

• Это наша вера
• Каноны Церкви
• Догматика
• Благочестие

• Апологетика
• Наши святые
• Библиотека
• Миссия

• Молитвослов
• Акафисты
• Календарь
• Праздники

• О посте

• Мы - русские!
• ОПК в школе
• Чтения
• Храмы

• Нравственность
• Психология
• Добрая семья
• Педагогика
• Демография

• Патриотизм
• Безопасность

• Общее дело
• Вакцинация

• Атеизм

• Буддизм
• Индуизм
• Карма
• Йога
• Язычество

• Иудаизм
• Католичество
• Протестантизм
• Лжеверие

• Секты
• Оккультизм
• Психокульты

• Лженаука
• Веганство
• Гомеопатия
• Астрология

• MLM

• Аборты
• Ювенальщина
• Содом ныне
• Наркомания
• Самоубийство

Просим Вас о
помощи нашему
проекту:

Карта Сбербанка:
4817 7601 1265
4359

PayPal:
k-istine@mail.ru

WebMoney:
Р320505518138
Е204971180901
Z380407869706

Яндекс.Деньги:
41001796433953



Святитель Игнатий Брянчанинов - творения


Игнатий Брянчанинов. Письма к С.И. Снессоревой

Память: 30 апреля / 13 мая

Святитель Игнатий Брянчанинов известен как духовный писатель, исследователь и продолжатель традиции консервативного монашества, а также обличитель духовных пороков современного ему общества. Оставил большое число аскетических сочинений.

Святитель Игнатий Брянчанинов, епископ Кавказский и Черноморский. Икона

Святитель Игнатий Брянчанинов, епископ Кавказский и Черноморский

***

Содержание

Письмо 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Предисловие

Среди обширного эпистолярного наследия святителя Игнатия Брянчанинова особое место занимают 24 послания, адресованные переводчице и писательнице Софии Ивановне Снессоревой (1815 или 1816 – 1904) – его духовной дочери, которая, по словам самого Святителя, принадлежала к числу "очень немногих людей, оказавших ему особенную любовь". Письма охватывают 22 летний период их общения (с 1845 по 1867 г) и свидетельствуют о тесной связи учителя и ученицы. Впервые издаваемые отдельным корпусом и откомментированные, они дают возможность наблюдать духовное водительство Владыки, благодаря которому София Ивановна прошла нелегкий путь от переводчицы журнальных романов до духовной писательницы, чьи произведения пережили своего автора и остаются благодатным и полезным чтением для каждого православного человека [1].

Помимо духовных уз, святителя Игнатия и С. И. Снессореву связывали литературные занятия, поэтому публикуемые письма имеют большое значение и для характеристики деятельности Святителя как русского духовного писателя [2]. На протяжении всего времени их знакомства, до последних дней земной жизни Преосвященного Игнатия, София Ивановна была деятельной помощницей в публикации и издании его сочинений.

У нас нет точных сведений о том, когда произошла первая встреча Снессоревой с архимандритом Сергиевой пустыни Игнатием. Знакомство их могло состояться в конце 1845 г. Именно в это время София Ивановна, страдавшая тяжелым недугом, приезжает из Астрахани в Петербург, чтобы определить своего сына в учебное заведение и, тем самым устроить судьбу мальчика, так как на свое выздоровление она почти не надеялась [3].

Помощь и утешение она находит в Сергиевой пустыни, к этому времени уже значительно обновленной неустанными трудами архимандрита Игнатия: София Ивановна стано вится его духовным чадом.

Самое раннее из опубликованных писем архимандрита к С. И. Снессоревой (письмо № 1) – от 9 мая 1846 г. – свидетельствует, что к этому времени между ними уже сложились близкие, доверительные отношения. Возможно, желая поддержать и ободрить Софию Ивановну, архимандрит Игнатий обращается к ее литературному опыту (Снессорева занималась переводами уже с 1837 г. [4]) и знакомит со своими сочинениями, в частности с "Валаамским монастырем". Это произведение Святителя, написанное под впечатлением от его продолжительной служебной командировки на Валаам [5], было первым, предназначавшимся для печати.

Письмо, кроме того, говорит о начале нового этапа в биографии будущего Святителя: он подошел к 40-летнему рубежу своей жизни, достижение которого считал необходимым условием для начала публикации написанных им произведений [6]. Через посредничество Софии Ивановны архимандрит Игнатий ищет возможности публикации своих произведений в популярном журнале О. И. Сенковского "Библиотека для чтения" [7]. Он также интересуется мнением известного редактора о литературной стороне предлагаемого для печати "Валаамского монастыря".

Сама СИ. Снессорева получила работу переводчицы в журнале "Библиотека для чтения" в 1848 г., но ее знакомство с О. И. Сенковским состоялось, вероятно, гораздо раньше, еще в 1836–1837 гг., когда последний редактировал тома "Энциклопедического лексикона" Плюшара [8]. Тогда София Ивановна вместе с мужем делала переводы для этого издания (тома 13–15). После возвращения ее в Петербург знакомство упрочилось благодаря дружеской поддержке Е. Н. Ахматовой [9]. Снессорева была знакома и дружила с Ахматовой со времени жизни в Астрахани (с 1838 по 1845 г.) [10], а в Петербурге часто бывала на ее литературных вечерах. Вероятно, именно с этих ахматовских "суббот", где собирались О. И. Сенковский, А. В. Дружинин, А. В. Никитенко, Н. И. Пирогов, А. А. Краевский, В. В. Стасов, В. П. Гаевский и другие литераторы, и началась дружба Софии Ивановны с некоторыми из них.

Сразу же после публикации "Валаамского монастыря" у О. И. Сенковского [11] очерк дважды выходит отдельным изданием в той же типографии, где печатался журнал [12].

Следующим произведением архимандрита Игнатия, опубликованным в журнале О. И. Сенковского, было "Воспоминание о Бородинском монастыре". Поводом для его написания послужило посещение в конце июля 1847 г. Спасо-Бородинского монастыря [13], куда он заехал по дороге к месту лечения: с середины августа 1847 до середины мая 1848 г. архимандрит находился на отдыхе в Николо-Бабаевском монастыре [14].

Уже 18 сентября 1847 г. он пересылает иеромонаху Игнатию [15], управляющему Сергиевой пустынью на время его отпуска, свое произведение с просьбой: "Прилагаемый при сем конверт запечатав, доставь по надписи. Тут вложена коротенькая брошюрка поэтическая "Воспоминания о Бородинском монастыре". Прочитай. Если напечатают и тебе предоставят несколько листочков, то штук 20 отправь в Бородинский монастырь, несколько ко мне, а прочие раздели по братии и знакомым. А мне бы хотелось, чтоб напечатали" [16].

С большой долей вероятности можно утверждать, что для публикации этой "брошюрки", как ее назвал архимандрит Игнатий, он вновь прибег к посредничеству Софии Ивановны; в конце 1847 г. публикация появилась в "Библиотеке для чтения" и сразу же вышла отдельным изданием в типографии К. Крайя [17].

Видимо, София Ивановна передала в ответном письме к архимандриту Игнатию сожаление Сенковского о том, что объем произведения невелик, и просьбу выслать новое сочинение для публикации, на что Преосвященный Игнатий ответил ей: "Воспоминание о Бородинском монастыре, какое у меня было в душе, такое и вышло на бумагу. В этом заключается все мое оправдание пред справедливым обвинением в краткости. Есть у меня некоторые вещи и более обширные, чем "Воспоминание", но не знаю, идут ли они в светский журнал. Пришлю что-нибудь, когда поокрепну и предоставлю благорассмотрению Иосифа Ивановичача напечатать или нет" (письмо № 4).

Во время пребывания в Николо-Бабаевском монастыре Святитель, несмотря на болезненное состояние, полностью отдается написанию духовных произведений. С первых дней своего отпуска он беспокоится, высланы ли брошюры о Валаамском и Бородинском монастырях знакомым [18], а также через иеромонаха Игнатия передает в подарок некоторым своим духовным чадам новые произведения, которые писал нередко по их просьбе. Об этом Святитель говорил неоднократно. Например, в одном из поздних писем он писал: "Относительно моих сочинений тебе известно, что я писал их для себя и для коротких, немногих знакомых моих, из настроения, полученного и усвоенного монастырскою жизнью" [19]. Так, в начале сентября 1847 г. в ответ на просьбу своей духовной дочери – А. А. Александровой [20] – архимандрит Игнатий обещает написать "желаемое ею краткое сочинение и прислать по почте" [21], а уже 22 сентября просит иеромонаха Игнатия в письме: "Приложенный при сем конверт, запечатав, доставь А. А. Александровой. Тут маленькое мое сочинение для них; прочитай его, – только другим не давай" [22]. Через месяц он справится: "Отдал ли Александровой Житейское море" [23]? Таким же путем, через Сер-гиеву пустынь, архимандрит посылает в подарок Софии Ивановне одно из самых ярких своих произведений – "Чашу Христову".

Сочинение это было написано, вероятно, осенью 1847 г. Уже в конце сентября в письме к иеромонаху Игнатию архимандрит размышлял на эту тему: " Скорби – чаша Христова на земле. Кто на земли участник чаши Христовой – тот и на небе будет участником этой чаши. Там она – непрестающее наслаждение " [24]. Передавая "Чашу Христову", он пишет иеромонаху Игнатию: "Приложенное письмо, прочитав, доставь Снесаревой [25]. Вот образчик книги, которая давно формировалась у меня в голове, а теперь мало-помалу переходит из идеального бытия в существенное: это будет вроде "Подражание Христу" – известной западной книги [26], только наша. [Включаю тебя и прочих ради Бога единомудрствующих со мною в число сочинителей книги, потому употребляю выражение: "наша".] Совершенно в духе Восточной Церкви – и выходит сильнее, зрелее, основательнее, с совершенно особенным характером. Эту книгу желалось бы подвинуть хоть до половины, доколе я здесь в уединении. Такое дело, сделанное до половины, почти уже сделано до конца" [27].

В письме, адресованном самой Софии Ивановне (№ 4), которая, несомненно, тоже входила в число "ради Бога единомудрствующих", архимандрит уточняет, что статей, подобных "Чаше Христовой", у него написано уже пятнадцать и он предполагает из них составить книгу – "Мой дар друзьям моим" [28]. Описывая содержание и структуру создаваемой им книги, Преосвященный Игнатий замечает, что "образ изложения, наружная форма, самый слог, – может быть новость в духовной русской литературе". Он интересуется мнением Софии Ивановны и О. И. Сенковского о высланной "Чаше Христовой", но о публикации ее в "Библиотеке для чтения" пока ничего не пишет и просит "сохранить в тайне" это произведение.

Сочинение, которое архимандрит Игнатий посчитал возможным опубликовать в журнале после "Воспоминания о Бородинском монастыре", – "Иосиф. Священная повесть, заимствованная из книги Бытия" [29]. Писал он его, вероятно, уже незадолго до своего возвращения в Петербург. Отголоски работы над повестью звучат в мартовском письме 1848 г. к наместнику иеромонаху Игнатию: " Бог, даровавший благодать свою проданному и заключенному в темницу Иосифу, преклонивший к нему сердца всех, – по великой милости своей преклонил и здесь сердца многих ко мне " [30].

Свою повесть архимандрит Игнатий посылает в "Библиотеку для чтения" уже после возвращения из Николо-Бабаевского монастыря в октябре 1848 г., но рукопись возвращают, так как Сенковский в это время был болен холерой, а руководство делами редакции перешло в руки его помощника А. В. Старчевского [31]. Автор вновь обращается за помощью к Софии Ивановне (письмо № 6): " препровождаю к Вам и письмо мое, и рукопись, примите на себя труд то и другое доставить Иосифу Ивановичу".

София Ивановна передает рукопись по назначению, и О. И. Сенковский, несмотря на слабость здоровья, лично занимается ею. Он приостанавливает публикацию произведения А. Н. Муравьева "Скит Гефсиманский" [32] и помещает повесть архимандрита Игнатия [33]. При этом Сенковский не изменяет своей манере работы с публикуемыми материалами и, как он это делал почти всегда, обрабатывает текст рукописи. Но обработка коснулась только авторского предисловия, которое он подает от лица редакции, начиная его со следующего объяснения: "Мы сочли нужным остановить печатание начатой уже здесь повести, чтобы поскорее дать место прекрасному труду одного из даровитейших учителей благочестия на Руси, украсившего уже не однажды это издание творениями пера своего. Имя его, столь прекрасно известное, всегда было скрыто на этих страницах, но голос его, наверное, отозвался каждый раз в душе читателей тем душевным умилением, которое возбуждает он в слушателях в другом, более святом, месте.

Несколько строк вступления объяснят и цель почтенного автора, и причину помещения здесь повести совершенно нового роду в изящной словесности. Причина может быть высказана очень коротко. Повесть – священного содержания; но изложение этой священной повести, вполне литературное, и язык ее увлекательны, художественны и при способлены к чтению, любимому современными светскими воображениями" [34].

После появления в журнале повесть вышла отдельной брошюрой, по образцу прежних публикаций архимандрита Игнатия, в типографии К. Крайя [35]. А следом за ней – в октябре-ноябре 1849 г. – в той же типографии была издана и "Чаша Христова" [36], выхода в свет которой ждали друзья и духовные чада архимандрита. Об этом он писал одному из своих знакомых, объясняя причину опубликования брошюры: "Многие скорбящие желали иметь у себя список "Чаши Христовой", чтоб из этого чтения почерпать утешение для душ своих. Это заставило меня напечатать "Чашу" " [37]. Авторы "Жизнеописания" Святителя писали,

что брошюра "разошлась моментально, платили под конец по десяти рублей за экземпляр, но второго издания уже не было возможности сделать по причине цензурных исправлений, исказивших статью неузнаваемо" [38].

Такого рода сложности возникали и раньше. Так, получив в декабре 1847 г. "Воспоминание о Бородинском монастыре", архимандрит писал иеромонаху Игнатию: "Прилагаю один листок брошюры "Воспоминание о Бородинском монастыре", выправленный. Без числа ошибок! Совсем теряется и искажается смысл" [39].

В этом свете по-иному видится и публикация "священной повести" об Иосифе: очевидно, Сенковский подает предисловие от своего лица, чтобы обезопасить сочинение от возможных цензурных вмешательств. Но поправки первых публикаций, вероятно, все-таки не столь сильно искажали смысл произведений, как изменения в "Чаше Христовой", с которыми архимандрит Игнатий не согласился.

Скорее всего, к этому же времени относится письмо № 7 (без даты), из которого следует, что София Ивановна предпринимала попытку издать отдельной брошюрой "в виде подарка подписчикам" журнала "Библиотека для чтения" произведение архимандрита Игнатия "Беседа предуготовительная к таинству исповеди", написанное в Сергиевой пустыни в 1845 г. Предвидя возможное вмешательство цензуры, архимандрит советует Софии Ивановне заранее прибегнуть к помощи Сенковского и К. С. Сербиновича [40]. "Если ж беседа будет искажена перемарками и риторикой, – пишет он, – низведена из антологического рода, в котором она написана, то я на напечатание ее не согласен". Благое желание Софии Ивановны сделать "Беседу" достоянием широкой аудитории не осуществилось, – брошюра так и не была издана [41].

Позднее сам Святитель описал ситуацию, сложившуюся вокруг его первых публикаций, в письме к брату: "Когда я жил в Сергиевой пустыни, тогда не благоволили, чтоб мои сочинения были издаваемы печатно, имея на то свои причины. .„ Сначала мне не указывали прямо: на отказ употребляем был свой прием. Именно: так перемарывали рукопись и так изменяли сочинение, что рукопись делалась никуда не годною, а сочинение делалось чуждым мне и получало искаженный вид, могущий соблазнить читателя, а автора сделать посмешищем публики. Впоследствии один цензор был столько добр, что сказал о существовании тайного приказания относительно моих сочинений, после чего я не стал беспокоить цензуру представлением туда трудов моих" [42].

Последние две публикации архимандрита Игнатия этого времени – стихотворения в прозе "Кладбище" и "Сад во время зимы" – появились в февральском номере "Библиотеки для чтения" за 1851 г. [43], вероятно, лишь благодаря изобретательности Сенковского, который поместил их в "Смеси", тем самым "спрятав" рассказы-миниатюры архимандрита между другими мелкими произведениями раздела. Авторы "Жизнеописания" Святителя не знали об этих публикациях: "С трудом, при личном старании Сенковского, – пишут они, – прошли тогда две статьи, напечатанные в его журнале "Библиотека для чтения": "Иосиф Прекрасный" и "Валаамский монастырь". Затем долгое время все труды архимандрита Игнатия ходили в рукописях между лицами, пользовавшимися его духовными советами" [44].

Конечно, способ публикации, использованный Сенковским, не мог удовлетворить автора, но архимандрит Игнатий, несомненно, оценил добрые побуждения, которые руководили редактором "Библиотеки для чтения" в этом деле. Так, письмо № 8 (1851 г., без числа), возможно связанное с последними публикациями архимандрита в журнале, целиком посвящено Сенковскому и свидетельствует о дружеских отношениях, сложившихся между ними: архимандрит беспокоится о здоровье Сенковского и приглашает его вместе с женой посетить Сергиеву пустынь. Очевидно также, что особую роль в общении знаменитого Барона Брамбеуса с подвижником русской Церкви играла С. И. Снессорева.

Письма Преосвященного Игнатия к Софии Ивановне отражают не только перипетии литературной деятельности Архимандрита конца 1840-х – начала 1850-х гг. В них запечатлен, что чрезвычайно важно для нас, пример его духовного наставничества, постепенно исцеляющего и выправляющего душу Софии Ивановны.

Поначалу духовные уроки архимандрита Игнатия, видимо, даются ей с трудом. Так, его совет, почерпнутый из святых Отцов: именем Иисуса сокрушить своих кумиров – "земные предметы и образы их, приковывающие к себе мысль и сердце", – кажется Софии Ивановне жестоким. В это время ей, вероятно, еще трудно принять слова архимандрита о том, что "любовь Божия умерщвляет любовь плотскую, душевную". Но, поставляя Снессореву на первую ступень духовной лестницы, Архимандрит не требует от нее многого: "Не сетую на вас за равнодушие ко всем; не ищу от вас пламенной любви к Спасителю. Ищу сердца сокрушенного и смиренного, которого Бог не уничижит. Поцелуйте за меня Колю и полюбуйтесь им: нам надо быть таким, как он, чтоб войти в Царство Небесное, которое есть Божественная Любовь" (письмо № 2).

Можно проследить, как бережно и последовательно Святитель подготавливает неокрепшую душу Софии Ивановны к духовному восхождению. Начав с заинтересованного внимания к ее мирским занятиям, он постепенно раскрывает перед ней смысл ее жизни, укрепляет в борьбе с невидимым врагом: "Вы нисколько не ошибетесь, добрейшая София Ивановна, если всю жизнь нашу уподобите продолжительной войне. Каждому из нас предназначено взять у иноплеменников свой Иерусалим и свой Царьград Не желайте, прежде решительной победы, ни мира, ни отдыха. Сражайтесь! Доставив Коле земное счастие, постарайтесь доставить ему и небесное. Вот работа после работы" (письмо № 5).

Короткое письмо № 9 (от 27 марта 1854 г.) красноречиво свидетельствует о переменах, произошедших в духовной жизни Софии Ивановны с начала знакомства ее с архимандритом Игнатием. Снессорева, уроженка Воронежа, с детства почитала святителя Митрофана Воронежского. Переживания за судьбу России в войне с союзниками побуждают ее обратиться к архимандриту Игнатию с просьбой послать адмиралу П. С. Нахимову икону святого, передача которой стала событием для всего флота [45]. Святитель увидел в поступке Софии Ивановны проявление "смирения и благочестия".

В конце 1857 г., после наречения во епископа Кавказского и Черноморского, Преосвященный Игнатий навсегда покидает Сергиеву пустынь и уезжает в Ставрополь. Два письма Святителя (письма № 10 и № 11) относятся ко времени его четырехлетнего служения на Кавказской кафедре. Поскольку переписка становится единственно возможной формой общения Снессоревой со своим духовным отцом, первое место теперь в ней занимает главная забота Софии Ивановны – ее сын, подошедший к двадцатилетнему рубежу своей жизни.

С первых дней знакомства Снессоревой со Святителем он простер свое духовное руководство на самых близких Софии Ивановне людей: сына Колю и старшую сестру Елизавету Ивановну. И теперь (на расстоянии), как и прежде (при личных встречах), снова и снова он рассеивает тревогу Софии Ивановны за сына, помогает идти по правильному пути: "Слово Божие да будет вашим руководителем" (письмо № 10). "Бывает время сеяния; бывает и время жатвы. Непреложен нравственный закон, по которому люди должны неизбежно пожать то, что они посеяли произвольно. Но всемогущество Божие и неограниченная милость Божия могут изменить или смягчить и законную, логичную последовательность твердого нравственного закона" (письмо № 11).

После многолетних прошений об увольнении на покой в связи с болезнью Святитель получает разрешение на жительство в Николо-Бабаевском монастыре и в октябре 1861 г.

переезжает туда. Половина из известных нам писем Святителя к Софии Ивановне написана им в этот последний период его жизни.

В уединенной обстановке он вновь отдается писательскому труду, и в конце 1862 г., после более чем десятилетнего молчания [46], в печати вновь появляются его творения. Главным помощником в важном для Святителя деле публикации его трудов становится его брат – Петр Александрович, который с середины 1862 г. полностью посвящает себя делам Святителя.

Отправляя Петра Александровича в Петербург для устройства своих сочинений в печати, Святитель писал ему: "Милосердый Господь да благословит твое путешествие и да дарует из духовной сокровищницы Своей разум и премудрость совершить все по Его святой воле, во славу Его святого имени и к пользе душ наших. Я никак не ищу напечатания моих сочинений, никак не признаю их достойными напечатания или способными к назиданию христианского общества. Следовательно, если встретится препятствие к напечатанию, то не усиливайся, чтоб напечатали. Если предварительно изъявят согласие, то пусть напечатаются те сочинения, которые я назначил к напечатанию" [47].

Петру Александровичу довольно скоро удается добиться успеха. Уже через полмесяца Святитель пишет ему: "О сочинениях моих: Не без Промысла Божия устраивается напечатание их, доселе встречавшее затруднения" [48]. На этот раз публиковать труды святителя Игнатия берется Виктор Ипатьевич Аскоченский [49], журнал которого "Домашняя беседа" твердо стоял на православных позициях. "Сердечно буду рад, если всех сочинений моих будет издателем В. И. Аскоченский, и прошу его об этом, – писал Святитель брату 8 ноября 1862 г. – Да и в самом деле он – двигатель этого дела! Я вполне уважаю то самоотвержение, с которым он действует. Нападки прогрессистов, которым он подвергается [50] в глазах моих, суть величайшие похвалы для него, так, как нападки бесов на угодников Божиих" [51].

Одновременно Святитель обращается к Софии Ивановне с просьбой взять на себя корректуру и поправку грамматических ошибок в подготовленных к печати его сочинениях (письмо № 12). София Ивановна сразу же соглашается. В ответном письме Святителя помимо благодарности и вопросов о сыне мы впервые встречаемся с его мнением о духовном значении переводческой работы Снессоревой [52]: "Искренне желал бы, чтоб время Ваше и силы души Вашей употреблялись на что-нибудь не столько богопротивное и враждебное Богу, сколько враждебны Богу новейшие журналы, усиливающиеся истребить в народе проповедию своею веру и нравственность. За это потребуется грозный ответ. – Милосердие Божие да устроит для Вас иное занятие" (письмо № 13).

София Ивановна со свойственной ей добросовестностью помогает Святителю в публикации его работ. 18 апреля 1863 г. Святитель писал ей: "Искренне благодарю Вас за воспоминание Ваше обо мне в письме Вашем к Петру Александровичу и за труд Ваш по моим сочинениям.

Признаю себя состоящим в долгу перед Вами и перед многими. Я говорил Вам о вере не столько, сколько следовало бы говорить. .„

Вы, перечитывая мои сочинения, заимствуете из них все мысли и чувствования в Вашу собственность, – так понимаю – соединяетесь со мною в одно направление, в один дух. Направление заимствовано мною всецело из учения святых Отцов Православной Церкви" (письмо № 14).

Вторая часть письма дает повод предположить, что в своем письме София Ивановна сообщает Святителю о намерении Ивана Ильича Глазунова [53] издать Собрание сочинений Преосвященного Игнатия. "Сердечно радуюсь, – пишет Святитель Снессоревой, – что Ивану Ильичу пришла благая мысль издать мои сочинения на свой кредит. Смею думать, что он сделает благодеяние всему отечественному христианскому обществу. Мне и брату моему сделает Иван Ильич также духовное добро, потому что избавит нас от вещественных хлопот о напечатании Уповаю на милость Божию, что Вы поймете все, сказанное здесь мною: оно довольно глубоко, и, несмотря на простоту и ясность дела, не всякий поймет его" (письмо № 14).

Продолжая публиковать свои произведения у В. И. Аскоченского [54], Святитель принимает предложение И. И. Глазунова и начинает готовить свои сочинения к более полному изданию. Авторы "Жизнеописания " пишут об этом: "Книгопродавец-издатель И. И. Глазунов, старинный знакомец владыки Игнатия, вошел с ним в соглашение о напечатании всех его сочинений, принимая издержки издания на себя, и тем ввел Преосвященного в усиленное занятие пересмотром, исправлением, пополнением и приведением в одно целое всех статей, писанных им в разное время в сане архимандрита, а потом и епископа. Таким образом, составились первые два тома под названием "Аскетических Опытов" [55].

Как при издании отдельных произведений Святителя В. И. Аскоченским, так и теперь, когда начинается издание всех его сочинений, Преосвященный Игнатий видит в этом Божие произволение. 10 января 1864 г. он пишет брату: "Напечатание моих сочинений, очевидно, дело Промысла. И я, и ты, и о. Фотий [56], и В. И. Аскоченский, и Глазунов, и София Ивановна – орудия. Всем дано дело в общую пользу, а, следовательно, и в свою. Изучающие христианствопо букве и утратившие деятельное изучение его имеют одно учение для себя, а другое для других" [57].

Когда произведения для первых двух томов были собраны, Святитель обращается к Глазунову с просьбой отнестись к изданию с особой ответственностью: "Богу благоугодно было внушить вам расположение приобщиться моему убогому труду изданием составленных мною "Аскетических Опытов". Эта книга в собственном смысле принадлежит не мне: она вся заимствована из святых Отцов Православной Церкви. Мой труд состоит в том, что в течение всей жизни моей я занимался изучением отеческих писаний и сделал из них такое извлечение, какое возможно сделать только по долговременном изучении сих исканий.

Милостынею признал я книгу "Аскетические Опыты". Промыслом Божиим дано было мне, во спасение души моей, приуготовить эту милостыню: этим же Божиим Промыслом дается вам, во спасение души вашей, передать эту милостыню духовную нуждающимся в ней христианам. Дело Божие, Иван Ильич, надо делать со тщанием, чтоб дело, данное во спасение, не было повреждено небрежением и не послужило в осуждение. Я по силе моей постарался дать возможную отчетливость и исправность книге, приготовляя ее с 1840 г., пересматривая, выправляя, дополняя ее, чтоб учение отцов, изложенное в ней, имело удовлетворительную ясность и полноту: так и вы озаботьтесь, чтоб книга была издана исправно и в должный срок. Многие благочестивые души жаждут этой пищи духовной и желают иметь книгу в руководство жительства своего именно по той причине, что она есть сборник учения святых Отцов Православной Церкви о главных добродетелях христианских и о духовном подвиге" [58].

Одновременно Святитель обращается к Софии Ивановне с просьбой взять на себя корректуру "Аскетических опытов", если этот труд будет удобен для нее (письмо № 18). София Ивановна, вероятно, колебалась в принятии решения, чувствуя большую ответственность и критически относясь к своим способностям. Переживания ее были столь велики, что она увидела сон, о котором сразу же поведала Святителю в очередном письме. Святитель объясняет Снессоревой ошибочность ее внимания к сновидению и раскрывает духовное значение предлагаемой ей работы: " 1) полагаю, что тщательный пересмотр "Опытов" подействует благотворно на Вашу душу, уже привыкшую входить в общение с духом святых Отцов Православной Церкви и находить пищу и утешение, более – оживление в этом общении; 2) по Вашей преданности мне, по сочувствию, которое питаете к моим убогим писаниям, по Вашему знанию и навыку в этом деле я не могу указать ни на кого другого, который бы исполнил служение в общую пользу христианства с таким усердием и с такою исправностию, как Вы; 3) Вы хорошо знакомы с Глазуновым [59] и можете более, нежели другой, похозяйничать в его типографии. Затем Господь да благословит Вас на этот труд" (письмо № 19).

Еще за год до предложения заняться корректурой "Аскетических опытов" – в апреле 1863 г. – Святитель приглашает Снессореву посетить Николо Бабаевский монастырь, совершив одновременно "приятную и полезную" поездку. Письмо № 20 дает возможность предположить, что София Ивановна в начале июня 1864 г. побывала у Святителя, который, вероятно, окончательно развеял ее неуверенность и сомнения в себе. Преосвященный Игнатий высоко оценивал работу Софии Ивановны и неоднократно благодарил ее за корректуру: "Очень приятен мне труд Ваш по корректу ре "Аскетических опытов", которые в христианском отношении имеют огромное значение" (письмо № 20). "Признаю за милость Божию к себе Ваше участие в этом деле" (письмо № 23). "С замечаниями Софии Ивановны, – писал Святитель брату, – в значительной степени я согласен. Ищу, как сокровищ, замечаний, исходящих из истинного расположения и из знания" [60].

Снова и снова Святитель пишет Софии Ивановне о духовном значении исполняемой ею работы: "Занимаясь корректурой "Опытов", Вы трудитесь и для общей пользы, и для собственной Вашей. Смею думать, что Промысл Божий доставил Вам этот труд; чтоб дух Ваш оторвался от духа мира сего и усвоился Духу Божию, в чем сущность спасения" (письмо № 20).

Насколько успешно усваивала Снессорева духовные уроки своего учителя, можно судить по написанной ею в конце 1863 г. и вышедшей из печати в 1864 г. первой духовной книжке "Дарьюшка-странница" [61]. Это рассказ о жизни реального лица – Дарий Александровны Шурыгиной, рясофорной послушницы Новодевичьего Воскресенского монастыря, с которой был знаком Святитель и которую хорошо знала сама Снессорева. Получив книгу, Святитель писал: "Искренне благодарю Вас за присланные брошюрки о Дарьюшке: такие простые христианские души, как Дарьюшка, очень близки к Богу, между ими и Богом нет тех ширм, той каменной стены, которые поставляются образованностью и обычаями мира сего" (письмо № 20). Повесть сразу же была опубликована в "Домашней беседе" [62].

Помощь Софии Ивановны в издании собрания сочинений Святителя не ограничилась лишь корректорской работой. Поначалу издание шло гладко. Но если публикации произведений Святителя в конце 1840-х – начале 1850-х гг. встретились с внешними затруднениями, то во время издания собрания сочинений возникли препятствия иного характера. По воспоминаниям П. А. Брянчанинова, когда второй том "Аскетических опытов" находился уже в типографии, И. И. Глазунов неожиданно отказался от данного им обещания издавать сочинения за свой счет, вследствие чего "были остановлены все типографские работы на неоконченном втором томе" [63]. В письме, написанном Святителем Глазунову по этому поводу, Преосвященный Игнатий, в частности, писал: "Все добрые дела наветуются скорбями, между тем Священное Писание говорит, что начавший доброе дело да совершит его. В наше время распространению учения святых Отцов особливо противодействуют отверженные духи, влагая разные помышления плотского мудрования и восставляя людей, руководимых плотским мудрованием. Почему я полагал бы, что вам надо придержаться с твердостью принятого вами благого намерения, а приходящие помышления и внушения людские принять за знак того, что дело ваше приятно Богу и полезно христианству потому именно, что против таких дел воздвигаются всегда препятствия и скорби, по мнению святых Отцов. Препятствиями свидетельствуются такие дела. Вы сами видите, какая ныне нужда в учении святых Отцов для христианского общества, обуреваемого разными нечестивыми учениями. Сделав свое дело, то есть отдав вам безвозмездно для напечатания мой двадцатилетний труд, я в остальном полагаюсь на волю Божию и желаю пребывать в мире душевном на основании покорности воле Божией" [64]. После получения письма, как писал брат Святителя, второй том "Аскетических опытов" был напечатан, но еще два остались ненапечатанными.

Снессорева, вероятно, играла немалую роль в возобновлении издания. Зная близко Глазунова и имея возможность встречаться с ним в Петербурге [65], она, вероятно, сумела найти способы повлиять на решение издателя, что видно из письма № 23. "Бог благословил начинание, истекшее от Вас", – пишет Святитель Софии Ивановне, одновременно сообщая о возобновлении издания.

Завершение издания подготовленных Святителем четырех томов сочинений промыслительно совпало с последними днями его земной жизни. Преосвященный Игнатий чувствовал приближение этого рубежа, и письма его постепенно приобретали иное звучание: все меньше в них было мирского попечения, все больше слов, сказанных для Вечности: "я, оканчивая мое земное странствование, обращаюсь с приветом любви ко всему человечеству, желая всем всех истинных благ. С особенной благодарностию обращаюсь к тем немногим, которые оказывали мне особенную любовь. В числе этих немногих, очень немногих – Вы. Благодарю вас за сочувствия Ваши ко мне" (письмо № 22).

Тем большее значение в эти последние годы приобретают обращенные к Софии Ивановне слова Святителя о ее духовной победе: "Какое великое дело Вы сделали! Вы поручили, совсем отдали, как пишете, Вашего сына Божией Матери. Будьте уверены, что Божия Матерь приняла его, а он пусть потщится быть достойным Высокой и Великомощ-ной Покровительницы своей!" (письмо № 22 от 24 ноября 1864 г.).

Последний раз София Ивановна виделась с Преосвященным Игнатием 13 сентября 1866 г. По ее собственному признанию, при прощании Святитель сказал ей: "София Ивановна! Вам, как другу, как себе говорю: готовьтесь к смерти – она близка. Не заботьтесь о мирском: одно нужно – спасение души! Понуждайте себя думать о смерти, заботьтесь о вечности" [66]! Через несколько месяцев после этой встречи (в первых числах мая 1867 г.) Снессорева вновь едет в Николо-Бабаевский монастырь – на похороны Святителя.

Чувства, пережитые духовными чадами Святителя после его смерти, запечатлены в анонимной статье: "Кончина преосвященного Епископа Игнатия Брянчанинова", опубликованной в журнале В. И. Аскоченского через две недели после погребения Святителя и сразу же изданной отдельной брошюрой [67]. Бережное внимание, с которым описаны в ней и события последних дней жизни Святителя, и каждая деталь обстановки его комнаты, и последние строки его сочинений, говорит о глубокой любви и почтении автора к Преосвященному Игнатию. Статья, написанная от лица духовных чад Святителя, прошедших с ним путь от Сергиевой пустыни до Николо-Бабаевского монастыря, по поэтическому стилю и языку очень близка очерку о Дарьюшке и, несомненно, является тем самым "кратким описанием кончины" Святителя, о котором упоминает С. И. Снессорева в своей Автобиографической записке [68].

Во время работы над собранием сочинений Святитель неоднократно говорил о необходимости второго издания. После смерти Преосвященного Игнатия родственники, прежде всего брат, ищут возможности осуществить это желание Святителя. Возможность появляется в 1880 г., когда с купцом И. Л. Тузовым был заключен договор о втором издании сочинений Святителя. Один из пунктов договора гласил: "По окончательном отпечатании учредить надлежащую считку и ведение корректуры поручить г-же Софии Ивановне Снессоревой" [69]. Без сомнения, можно утверждать, что работу эту София Ивановна выполнила и издание сочинений Святителя 1886 года было подготовлено к печати ею. А в 1891 г. у Тузова же Снессорева издает свой главный труд "Земная жизнь Пресвятой Богородицы " [70].

Письма святителя Игнатия к С. И. Снессоревой известны нам только в печатном виде. Впервые они были опубликованы почти через 50 лет после смерти Преосвященного Игнатия и через 11 лет после смерти Софии Ивановны – в 1915 г. – на страницах фундаментального исследования Л. А. Соколова "Епископ Игнатий Брянчанинов: Его жизнь, личность и морально-аскетические воззрения. В 2 ч. Киев, 1915. Ч. 2. С. 99–108, 125–138". Автор труда указал, что все публикуемые им 303 письма Владыки к разным лицам получены "от родного племянника его сенатора Н. С. Брянчанинова" и "издаются впервые". Письма были собраны из двух источников: " или из собственноручных тетрадей брата его – Петра Александровича Брянчанинова", или представляли собою "перепечатку подлинных писем владыки Игнатия" (Там же, с. 84.). Последние выделялись наличием обращения к адресату и подписи Святителя.

В предлагаемой публикации письма Святителя к Снессоревой впервые расположены в хронологической последовательности.

До недавнего времени мы почти ничего не знали и о судьбе СИ. Снессоревой. Лишь благодаря обнаруженным в Рукописном отделе АН ИРЛИ (Пушкинский Дом) (далее РО ИРЛИ) ее биографическим материалам стали известны основные события жизни Снессоревой. В документах Литературного фонда за 1877 г. (Ф. 155, не обработан) и фонда Постоянной комиссии для пособия нуждающимся ученым, литераторам и публицистам за 1895 г. (Ф. 540, оп. 1, № 352) сохранились прошения СИ. Снессоревой о постоянном и временном пособиях. К первому – в Литфонд – приложены автобиографическая записка Софии Ивановны "На память другу", а также список ее переводов и других произведений.

Предоставление автобиографических сведений и списка литературных работ было необходимым условием для всех, обращавшихся с просьбой о помощи в Литфонд. Снессорева отнеслась к этому делу со свойственной ей добросовестностью, и ее автобиографическая записка, написанная на 15 листах, представляет собой подробное повествование о полной неустанного труда и борьбы с нуждой и болезнями жизни. Приложенный же к автобиографической записке список ее переводов за 40 лет работы в журналах насчитывает более семисот произведений!

Официальный характер автобиографической записки ограничил повествование Снессоревой только внешними событиями, внутренняя же ее жизнь и, в частности, отношения со святителем Игнатием, работа над его сочинениями не упоминаются в ней. Эта сторона жизни Софии Ивановны нашла отражение в ранней редакции автобиографической записки, хранящейся в фонде Е. Н. Ахматовой (РО ИРЛИ. Ф. 12, № 158. 1871 г. 18 л.), которая публикуется впервые как дополнение к письмам святителя Игнатия.

Документ этот, для удобства названный нами: Автобиографическая записка, представляет собой черновой автограф, написанный рукой Снессоревой от третьего лица. Изложение основных событий жизни Софии Ивановны в ранней и поздней редакциях совпадают почти дословно, но Автобиографическая записка дает возможность читателю ближе познакомиться с духовным обликом многолетней и верной помощницы Святителя.

Приносим искреннюю благодарность за помощь в подготовки публикаций сотрудникам Пушкинского Дома Любови Владимировне Герашко и Алексею Марковичу Любомудрову.

Елена Аксененко

1

Извещая Вас, что мой "Валаам" кончен [71], и желая, чтоб он был помещен в Библиотеке для чтения, я прошу Вас, примите на себя труд передать это г. Сенковскому [72]. Но таится во мне условие – и я сейчас же его Вам скажу. Мне очень желалось бы – познакомиться с г. Сенковским не только по настоящему обстоятельству, но как с литератором, которого суд мне будет наверно полезен, а потому нужен. От времени до времени может выходить из-под пера моего брошюрка с поэтическим размахом и посему служить для его журнала не совсем лишнею мебелью. Куда-нибудь в уголок! Картины мои пишу с двух приемов. В первый творю, во второй – занимаюсь отделкой. Первым приемом "Валаам" кончен, и мне хотелось бы с приступлением к второму познакомиться с г. Сенковским, услышать его мнение, употребить его с пользою; первую картину я Вам читал, далее пошли картины все разнообразные, поддерживающие, варьирующие чувство читателя. На последней финальной картине рука моя расходилась – и, кажется, последняя картина выше всех смелостию живописи. Извините – оставляю скромность для искренности, которая в сих случаях необходима. Я был бы очень благодарен, если бы г. Сенковский пожаловал ко мне поскорее; я свободен утром до 12, а после обеда с 4 часов до глубокого вечера. Ожидаю Вашего ответа.

Архимандрит Игнатий. 9 мая 1846 года.

2

Нет в моем сердце для вас укоризны. Есть в нем желание вам душевной пользы, есть искренность. Принимайте слова мои с простотою и любовию, потому что они говорятся с простотою и любовию. Любовь не подозрительна, исполнена веры, я говорю о любви духовной; плотская любовь всегда растворена ревностию и подозрительностию.

Кумирами называю, – или лучше научился называть, научился у святых Отцов, в их писаниях, – земные предметы и образы их, приковывающие к себе мысль и сердце. Эти кумиры падают, когда произносится в храме душевном всемогущее и спасительное имя Иисуса. Желаю, чтоб это совершилось во мне, а потому и в Вас. Что Вы находите в этом желании жестокого? Правда – оно ведет к тесному и прискорбному пути, совершаемому мыслями и чувствованиями о Господе, но путь сей выводит к блаженству. Не сетую на Вас за равнодушие ко всем; не ищу от вас пламенной любви к Спасителю. Ищу сердца сокрушенного и смиренного, которого Бог не уничижит. Что значит не уничижит? Значит, что в смиренное сердце, сокрушающееся блаженною печалию о множестве согрешений и недостатков, Бог изливает из Себя любовь к Себе. Свидетель сему святой Апостол Павел, который говорит, что в него излилась любовь Божия Духом Святым, данным ему [73]. Любовь Божия умерщвляет любовь плотскую, душевную. Она – Дух. Она пребывает в тонком хладе [74], всегда ровная, как в Евангелии, но научает уязвленного ею полагать душу за ближнего своего. Ибо ощущение этой любви сладостнее ощущения жизни. Она поставляет человека в правильное отношение ко всем и ко всему. Она в святом мире, и мир в ней. Она в святой чистоте, и чистота в ней. В чистоту входим покаянием; покаяние должно нас умалить, привести в состояние детей. Поцелуйте за меня Колю [75] и полюбуйтесь им: нам надо быть таким, как он, чтоб войти в Царство Небесное, которое есть Божественная Любовь.

Вам преданнейший Архимандрит Игнатий.

23 августа 1846 года.

3 76

Милейшее письмо Ваше, письмо предоброе Елизаветы Ивановны [77], милое письмецо Коли – получил; а отвечаю очень мало, потому что от спасительного действия лекарства весьма слаб. Не имею наличного капитала, поверите ли Вы мне в долг? Этот долг состоит в том, чтоб написать Вам, Елизавете Ивановне, Коле по особенному письмецу, когда поокрепну.

Христос с Вами! Приветствую всех вас вместе, – странники на земли, как и я!.. Всем нам одна пристань!..

Архимандрит Игнатий. 29 октября 1847 года.

4 78

"Долг красен платежом", – говорит русская пословица, добрая, справедливая пословица. Это мне надо исполнить относительно Вас: отвечать Вам сколько-нибудь порядочно на предоброе письмо Ваше, на премилое письмо. Когда, в последний раз, писал я к Вам, – был сам не свой; и теперь еще не свой. Это – от действия лекарства, действия спасительного, но держащего в каком-то онемении, в состоянии полу жизни. Вместо обширного письма посылаю Вам статью "Чаша Христова" [79]. – Таких статей у меня написано 15, назначаются составить книгу – "Мой дар друзьям моим" [80], мою уплату за ту любовь, которую многие имеют ко мне в такой степени. Образ изложения, наружная форма, самый слог, – может быть новость в духовной русской литературе. Так мне внушилось, – и я действую просто по внушению. Мне хочется, чтоб книга моя была другом, всегда утешительным, никогда не обременительным. Читатель найдет везде начало, везде конец. Захочет прочитать всю статью, – найдет общую связь. Хочу, чтоб книга удобоприступна была каждому, как друг; и – чтоб гордый ум смиряла высотою истин и глубиною чувств: друг должен быть с характером. Книга должна состоять из 4-х частей. Статьи первой – нравственные советы – Вы имеете образчик. Статьи второй – элегии; душа рассматривает себя, свои отношения к земле, к небу и пр. Статьи третьей: внутренние действия религии христианской. Статьи четвертой: приготовление к причащению Святых Христовых Тайн. Каждая часть имеет свой тон. – Прочитайте "Чашу", скажите Ваше мнение о таком роде сочинения. Если б Иосифу Ивановичу [81] выпала минута и он бы передал Вам свой совет и мнение, – я был бы особенно благодарен.

Воспоминание о Бородинском монастыре, какое у меня было в душе, такое и вышло на бумагу [82]. В этом заключается все мое оправдание пред справедливым обвинением в краткости. Чад своих не отдаю в ортопедическое заведение – вытягивать члены, рожденные на свет короткими! – Есть у меня некоторые вещи и более обширные, чем "Воспоминание", но не знаю, идут ли они в светский журнал. Пришлю что-нибудь, когда поокрепну и предоставлю благо-рассмотрению Иосифа Ивановича напечатать или нет.

"Чашу" сохраните в тайне с сестрицею Вашею [83]. Пейте вдвоем из нее духовное утешение в скорбях Ваших. Вы, конечно, не поскорбите на меня за следующее: прочитав "Чашу", отдайте ее в собственность Елизавете Ивановне. – Я хотел ей написать, – но изнемогаю, должен идти, лечь на постель. А хочется перед ней не быть в долгу, потому предлагаю Вам эту просьбу.

Преданнейший Архимандрит Игнатий. 1 декабря. 1847

5 84

Вы нисколько не ошибетесь, добрейшая София Ивановна, если всю жизнь нашу уподобите продолжительной войне. Каждому из нас предназначено взять у иноплеменников свой Иерусалим и свой Царьград. Слава на небе ожидает победителя и завоевателя, – бесчестие вечное ожидает решительно побежденного, допустившего себе падение, из которого нет восстания. Не желайте, прежде решительной победы, ни мира, ни отдыха. Сражайтесь! если чувствуете изнеможение, если побеждаетесь в мысли: то снова ободряйте себя, старайтесь не быть побежденною на самом деле и обучиться со временем к победе при столкновении одних мыслей. Доставив Коле земное счастие [85], постарайтесь доставить ему и небесное. Вот работа после работы. Ваша добродетель будет привлекать благословение Божие на Вашего сына; а за согрешение Ваше может разразиться над ним гнев Божий. Помните это и укрепляйтесь. Бог, доселе не оставлявший Вас, не оставит и на будущее время. Благословение Его да почиет над Вами.

Вам преданнейший

Архимандрит Игнатий.

24 мая 1848 года.

6

Письмо мое к Иосифу Ивановичу и рукопись "Иосиф" возвратили [86], приведя причину отсутствия Иосифа Ивановича, и якобы уже не он, а кто-то другой занимается изданием "Библиотеки для чтения" [87]. Почему препровождаю к Вам и письмо мое, и рукопись, примите на себя труд то и другое доставить Иосифу Ивановичу.

Вам преданный Архимандрит Игнатий. 4 августа 1848 года.

7

Милостивая Государыня София Ивановна!

Имею честь препроводить "Беседу предуготовительную к таинству исповеди" [88]. Я согласен по слову Вашему, чтоб она была напечатана почтеннейшим издателем "Библиотеки для чтения", в отдельной книжке, в виде подарка подписчикам. Но должен сказать Вам, что эта беседа – подражание огласительным беседам святого Кирилла Иерусалимского [89] – очень покажется новою в настоящее время для духовных цензоров, почему и предлагаю г-ну Старчевскому (а лучше б Иосиф Иванович взял на себя этот труд) побывать у К. С. Сербиновича [90], питающего к изданиям Иосифа Ивановича особенное уважение. Если К. Сербинович одобрит беседу к напечатанию, то пусть г-н Старчевский выпросит у него записочку к цензору о. архимандриту Иоанникию, при такой записочке о. Иоанникий [91], очень ко мне расположенный, нисколько не затруднится пропустить беседу, пропустить скоро, и не подвергая операции. Если ж беседа будет искажена перемарками и риторикой, низведена из антологического рода, в котором она написана, то я на напечатание ее не согласен. – Записочка, записочка от К. Сербино-вичу! Она будет иметь магическую силу! Будьте здоровы!

Вам преданный Архимандрит Игнатий.

8

Добрейшее письмо Ваше и при нем письмо Иосифа Ивановича я получил, очень жалею, что почтеннейший Иосиф Иванович, при болезненности своей, принял на себя труд написать письмо, отнявшее у него много драгоценных минут, которые можно бы было отдать или полезному труду, или столько же полезному отдохновению. Это письмо останется у меня, как щит против цензуры духовной [92]. Оставляя теперь говорить о всем прочем, выскажу только то, что надо же осуществить когда-нибудь доброе намерение Иосифа Ивановича и его супруги посетить Сергиеву Пустыню, заботу о том, чтобы устроить это, примите на себя. Это будет тою казнию, которой Вы просите от меня в последнем письме Вашем за постоянное расположение Ваше ко мне.

На днях получил его "Письма с Востока" [93]. Это сочинение мне нравится. Оно – более скромно и зрело, чем другие его сочинения.

1851 год.

9

Вам надо пожаловать ко мне прочитать ответ Нахимова [94], назидательный своим смирением и благочестием. Это отклик на Ваше смирение и благочестие; водимые ими, Вы передали мне Ваше желание послать ему икону святителя Митрофана, привили мне это желание [95]. Вам преданный

Архимандрит Игнатий. 27 марта 1854 года.

Рассказ С. И. Снессоревой*

У нас война с турками. Ночью просыпаюсь, мне стыдно спать спокойно, когда мои соотечественники, когда русские страдают и терпят все бедствия. Битва при Синопе отозвалась в сердце каждого русского. Я была у батюшки (владыки Игнатия). Между прочим, просила его, нельзя ли послать Нахимову письмо и благословить образом святителя Митрофана? Почему же Святителя Митрофана? – спросил он. А потому что на его деньги Петр I положил основание Черноморскому флоту, основав первый флот в Азове, как воронежская уроженка я не могла не знать подвиги нашего угодника. – Если вы доставите мне исторические факты, то я очень рад исполнить ваше желание.

В Императорской библиотеке отыскала Голикова**, переписала все касающееся до этого события и отправила батюшке. Добрый, милостивый отец владыко, он заказал образ святителя Митрофана и прислал мне прочитать письмо, написанное им к Нахимову. Так коротко и так ясно, тут все было и сочувствие, и молитва, и благодарность. Через несколько времени Нахимов прислал ответ полный смирения и благодарности: Не приписывайте мне что-нибудь, а если хотите мне показать сочувствие, помолитесь за упокой души Лазарева***, который все сделал для Черноморского флота. Владыко (тогда еще архимандрит) созвал братию, прочитал им письмо, и все вместе вознесли к Богу молитвы за Михаила.

Убит Нахимов****. Я была у Сергия (в Сергиевой пустыни. – Е. А), там вместе с Россиею оплакивала благородного воина, и батюшка служил за упокой его души, и долго молились за него.

Прошло много лет. Сестра гостила у меня и попросила как-то прочитать молитвы вслух. Каких это трех Павлов ты поминаешь за упокой? – спросила она. – Павел Э., Павел племянник, а третьего никого нет, это вам показалось. Нет, хоть посмотри в записку, ты трех поминала, я заметила.

Взглянула – да, трех, я ошиблась, лишнего записала, надо вычеркнуть. Перо не попалось под руку, так я и забыла.

Вижу я сон. Крестный ход, хоругви развеваются, священнослужители поют, народ толпится – смотрю, все знакомые лица, все друзья, которые уже умерли. Вдруг отделяется от толпы человек, в морской шляпе, сутуловатый, немолодой, лице суровое, и прямо ко мне. Тут же при всех он начинает стыдить и бранить меня. Да за что же – говорю я сквозь слезы, я не знаю Вас. Не знаю, то-то и есть что забыла. Так зачем же было обещать, чтобы забыть. Я не просил, но, если обещать, так надо и слово держать, а не забывать. Но кто вы? – Павел – Нахимов! – закричала я в испуге и проснулась.

Вскоре после этого я ехала в Царское Село с сыном. В вокзале мы увидели молодого моряка на костылях с подвязанной рукой и перевязанным лицом. Он уронил папироску и не мог поднять ее. Сын мой подал ее ему. Он сел с нами и всю дорогу рассказывал о Севастополе и Нахимове. Сам он служил на корабле 12 апостолов и был при Синопе. Нахимова, по словам его, обожал весь флот, каждый матрос видел в нем отца и готов с ним в огонь и в воду. Нахимова не любило высшее начальство. А жизнь его была грустная жизнь. Но после битвы при Синопе он узнал сочувствие своего народа; со всех сторон России неслись к нему слова любви и благодарности соотечественников. Но ни одно письмо не было для него так приятно, как письмо от знаменитого архимандрита Сергиевской пустыни Брянчанинова – вероятно, вы слыхали о нем? Это письмо так глубоко тронуло его, что он тотчас созвал всех офицеров и прочел им письмо это с глубоким умилением. Образ святителя Митрофана был поставлен в залу на корабле 12 апостолов, в ту же минуту священник отслужил молебен Воронежскому Чудотворцу, который, как мы узнали из прекрасного письма архимандрита Игнатия, был основателем нашего флота, все мы, начиная от Нахимова, усердно поклонились Святителю и приложились к его образу. Нахимов ска зал, – этот образ сохранится здесь, пока будет существовать корабль. Бывало, идешь мимо, взглянешь па образ и помолишься, и так привыкли, что невольно сама рука поднималась, когда, бывало, идешь и сколько бы раз ни пришлось пройти мимо. Спасибо архимандриту Игнатию, утешил нашего адмирала.

ОР РГБ. Ф. 214. К. 460. № 5. (Публикация рассказа О. И. Шафрановой.)

См.: Голиков Иван. Деяния Петра Великого, мудрого преобразителя России, собранные из достоверных источников и расположеииые по годам. В 12 ч. М.: тип. Н. Новикова, 1788–1789. Ч. 2. - С. 55–56.

Лазарев Михаил Петрович (1788–1851) – мореплаватель, адмирал. В 1833–1850 х гг. главнокомандующий Черноморского флота и портов Черного моря.

28 июня 1855 г. был смертельно ранен и 30 июня скончался.

10

Милостивая Государыня София Ивановна!

Вчера я имел истинное удовольствие получить письмо Ваше через полковника X [96]. Сердечно благодарю Вас за воспоминание Ваше о мне; я был уверен, что Вы меня не забыли, – и надо же было прийти Вашему письму для подтверждения моего убеждения, в те именно дни, когда за минуту предстала мне мысль о противном.

Милостивый Господь да благословит Вас и сына Вашего. Будьте утешением друг другу. Слово Божие да будет Вашим руководителем. Оно постоянно вещает страннику земному о его вечном отечестве. Это – песнь небесная, которая непрестанно напоминает о небе изгнаннику с неба. Если мы не будем внимать слову Божию, то легко можем обмануться, счесть землю своим вечным жилищем и употребить единственно для земли все силы души и тела, потом внезапно и неожиданно предстать в вечность по призыву всесильного Бога, между тем, как, занятые исключительно временным, мы ничего не сделали для вечности, то есть для вечности блаженной.

По милости Божией я живу очень спокойно, но лечение водами очень тяжело по застарелости моей болезни. За все слава Богу. Оканчиваю это письмо прекрасною молитвою: "Сами себя, друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим" [97].

Ваш покорнейший слуга

Игнатий Епископ Кавказский

и Черноморский.

8 февраля 1860 года.

11

Что сказать Вам на письмо Ваше от 10 июня? Молитеся, да не внидете в напасть, говорил Господь ученикам Своим пред наступлением напасти [98]. Бывает время сеяния; бывает и время жатвы. Непреложен нравственный закон, по которому люди должны неизбежно пожать то, что они посеяли произвольно. Но всемогущество Божие и неограниченная милость Божия могут изменить или смягчить и законную, логичную последовательность твердого нравственного закона.

Благословение Божие да почиет над Вами и над чадом Вашим, а милость Божия да сохранит Вас от всякого зла.

Ваш покорный слуга

Епископ Игнатий. 22 июня 1862 года.

12

Милостивая Государыня София Ивановна!

Я к Вам с покорнейшею просьбою! Мой родной брат Петр Александрович Брянчанинов [99] издает некоторые мои сочинения [100]. Они нуждаются не только в отчетливой корректуре, но и в поправке грамматических ошибок, которых я делаю много. – Возьмите этот труд на себя, если он не обременит Вас.

Призывая на Вас и на милейшего сына Вашего и проч.

8 ноября 1862 года.

13

Милостивая Государыня София Ивановна!

Спаси Вас Господи за письмо Ваше от 26 ноября. Милосердие Божие да покроет Вас и сына Вашего как на поприще наступившего Нового Года, так и на поприще всей земной жизни. Это поприще самое неверное, изменчивое. Когда с него потребуют, немедленно предает и выдает, сколько бы по-видимому ни ласкало и ни убеждало в верности.

Назначение Великого Князя на Кавказ [101] очень утешает меня, разумеется, по желанию блага краю. Не повлечется ли туда сын Ваш? На этот вопрос скажу опять, милость Божия да будет с Вами. Искренне желал бы, чтоб время Ваше и силы души Вашей употреблялись на что-нибудь не столько богопротивное и враждебное Богу, сколько враждебны Богу новейшие журналы, усиливающиеся истребить в народе проповедию своею веру и нравственность. За это потребуется грозный ответ. – Милосердие Божие да устроит для Вас иное занятие. Вы знаете, как я Вас люблю! В Писании сказано: веровах, темже возглаголах [102]. А я могу сказать: "Возлюбил, темже возглаголах".

Напишите о себе и о милом сыне Вашем. Напишите также, в каком положении печатание моих сочинений. – Прошедший декабрь я очень изнемогал, особенно изнемогал, паче того изнеможения, в котором нахожусь постоянно.

Благословение Божие да почиет над Вами и над чадом Вашим.

С чувствами искренней преданности и уважения

имею честь быть Ваш покорнейший слуга

Епископ Игнатий. 5 января 1863 года.

14

Милостивая Государыня София Ивановна!

Искренне благодарю Вас за воспоминание Ваше обо мне в письме Вашем к Петру Александровичу и за труд Ваш по моим сочинениям.

Признаю себя состоящим в долгу перед Вами и перед многими. Я говорил Вам о вере не столько, сколько следовало бы говорить. Думаю, уплатить этот долг изданием моих писаний, причем я постараюсь тщательно пересмотреть, исправить и пополнить написанное мною с 1840 года. С этого времени я начал писать о духовных предметах, но более с 1844 года, на что была своя причина.

Вы знаете, что я всегда особенно любил Вас. Имею любовь и доверенность и к уму, и к сердцу Вашему. Мне всегда желалось, чтоб этот ум и это сердце направились к Богу, усвоились Ему. Теперь приходит мне мысль: не исполняется ли это ныне, по неожиданному стечению обстоятельств, как выражаются светские, – по особому устроению Промысла Божия, как позволю себе выразиться по моему сознанию. Вы, перечитывая мои сочинения, заимствуете из них все мысли и чувствования в Вашу собственность, – так понимаю – соединяетесь со мною в одно направление, в один дух. Направление заимствовано мною всецело из учения святых Отцов Православной Восточной Церкви.

Сердечно радуюсь, что Ивану Ильичу [103] пришла благая мысль издать мои сочинения на свой кредит. Смею думать, что он сделает благодеяние всему отечественному христианскому обществу, доставив духовное чтение не из того образования, которое дает школа, сообщающая одни знания по букве, но которое приобретено монастырскою жизнию. Школа сообщает знания, которые принимаются умом к сведению, и только: монастырская жизнь сообщает деятельные христианские знания, которые непременно производят спасительное влияние на направление, настроение, деятельность читателя. Святой Исаак Сирский [104] уподобил первого рода занятия источникам вод и плодам, изображенным на стене живописью, на них можно с приятностью поглядеть, если они хорошо написаны, и только. Познания второго рода этот святой уподобил самым источникам вод, самым плодам, могущим служить к питанию человека ""Сколько выше тела – душа", – говорит святой Иоанн Лествичник [105], – столько милостыня душевная выше телесной Если б мои сочинения могли быть признанными душевною милостынею, то смею думать, что Иван Ильичч, напечатав их, сделает не столько дело коммерческое, сколько дело благочестия христианского. Время подумать о христианском благочестии! Я за денежными выгодами не гонюсь, и если какие будут, желаю, по обычаю моему, употребить в пользу человечества и христианства. Моя единственная цель: не скрыть то, что может быть полезным для многих. Если не ошибаюсь, то в этом роде у нас почти нет духовных сочинений. Мне и брату моему сделает Иван Ильич также духовное добро, потому что избавит нас от вещественных хлопот о напечатании, даст возможность нам предаться всецело нашим занятиям духовным, с которыми несовместимо развлечение.

Уповаю на милость Божию, что Вы поймете все, сказанное здесь мною: оно довольно глубоко, и, несмотря на простоту и ясность дела, не всякий поймет его. Объясните сказанное мною Ан. В. [106] и Л. Ив-не [107]. Скажите им от меня, что я приглашаю их принять участие в оказании духовного благодеяния, в подаче духовной милости обществу, весьма нуждающемуся в здоровой и питательной духовной пище. Обе эти дамы всегда были хорошо расположены ко мне. Что стоит им побывать в Бабаевском монастыре? А с ними и Вам удобно совершить приятную, для Вас полезную прогулку.

Призываю благословение Божие на Вас и на сына Вашего. Уповаю на Бога, а прибегающего к Богу Бог сохраняет и среди опасностей. С чувствами искренней Преданности и уважения имею честь быть

Ваш покорнейший слуга

Епископ Игнатий. 18 апреля 1863 года.

15

Милостивая Государыня София Ивановна!

То, что сказали Вы в письме Вашем от 21 апреля о сыне Вашем, могла сказать только такая нежная мать, как Вы.

Он – Ваш воздух, Ваше солнце. Кажется, я никогда не забуду этого выражения, хотя сделался забывчивым донельзя. Ведь не забыл я бобрового воротника, украшенного сединами, на шинели у Коли, когда я увидел его в первый раз офицером в соборной церкви в Сергиевой Пустыне! По моей необыкновенной впечатлительности и чувствительности мне представилось, что в этом роскошном, можно сказать, воротнике каждый волосок – труд рук Ваших: и остался этот воротник изображенным в моей памяти по причине того впечатления, которое поразило меня при взгляде самом мимоходном.

Сопутствуйте сыну Вашему молитвою Вашею! Бывают скорби и частные, и общественные. Постигают людей те и другие не без попущения Божия. Гордый разум человеческий признает себя правителем мира, потому что не видит Бога, правящего миром: и потому при скорбях, превышающих постижение человеческое, впадает в уныние и безнаде-жие. Но кто признает Бога правителем мира, тот в затруднительных обстоятельствах обращается к нему и сверх чаяния получает помощь.

Благословение Божие да почиет и прочее.

14 мая 1863 года.

16

Земная жизнь – школа. Находясь 25 лет в этой школе, Николай Н-ч (ошибочно, нужно – Аполлонович. – Е. А.) [108] увидел звезду, хранящую его. Звезда – это Промысл Божий. Звезды усматриваются ночью на чистом небе; при наступлении дня они, оставаясь на своих местах, делаются неприметными по причине появившегося преимущественно света, разливаемого солнцем. Солнце – Христос. Теперь познания в религии сына вашего подобны светлой ночи, и потому он заметил непостижимый, превысший описаний, но действительно существующий Промысл Божий. Когда же разум его, по особенной милости Божией, осветится христианством, тогда религиозные познания его из поверхностных, скудных, неясных преобразятся в светлые, обширные, глубокие и высокие, преизобильно удовлетворительные; они сделаются подобными прекрасному летнему дню, в течение которого умный и расположенный к добру человек возможет совершить свое спасение, то есть устроить свою жизнь и участь в вечности во благо себе.

"Отчего, мама, ты так сильно беспокоишься обо мне?" Оттого, душенька, что у мамы слаба вера в Бога, Который воспретил суетные попечения, не приносящие и не могущие принести никакой пользы, производящие только беспокойство и смущение, расстраивающие душу и тело. Немощный человек хочет действовать и действовать; хочет действовать по-своему, хочет действовать и там, где действие невозможно для него. Повсюду он простер бы свою сильную руку; везде бы указал образ действия по своему мудрейшему соображению. Признать Бога деятелем достаточно могущественным и разумным, на этом основании постоянно прибегать к Богу молитвою он не хочет. Между тем только что прибегнет человек к Богу смиренною молитвою, – не плотскою, нервною, разгоряченною движением крови, – придавая себя и ближних своих милости и воле Божией, как и успокоится.

Молитесь о сыне! тщательным чтением убогих сочинений моих входите в ближайшее соотношение с душою моею, чтоб соединиться в том мире и граде, где несть мужеский пол и женский [109], но все истинные слуги Бога составляют едино в Боге, как различные члены тела, соединяемые во едино существо оживотворяющею их душою.

Епископ Игнатий.

P. S. Будущее известно одному Богу; в наше переходное время может легко случиться изменение положения монастырей, и очень скоро. Мое здоровье очень плохо; уже мне не до земных дел! должно больше думать о переселении в иной мир. Впрочем, по обязательному отношению моему к монастырю я должен заботиться о его внутреннем и наружном, духовном и вещественном благосостоянии, что и стараюсь исполнять, но силам, охраняясь, чтоб действие в пользу монастыря не было сопряжено с отягощением и неприятностию для ближнего.

22 августа 1863 года.

17

Многими скорбьми – не малыми, заметьте, но многими и разнообразными – подобает нам внити в Царствие Божие [110]. Так определило Слово Божие. Это же всесвятое Слово повелело нам не бояться скорбей, потому что они попускаются нам Промыслом Божиим, а Промысл Божий, попус кая нам их, по существенной необходимости и пользе их для нас, неусыпно бдит над нами и хранит нас. Так врач для исцеления больного дает ему горькие, отвратительные и мучительные лекарства и в то же время тщательно ухаживает за ним. Веруйте этому и переносите постигшую вас болезнь благодушно, благодаря за нее Бога.

Послушание есть спасительнейший подвиг. Сила и жизнь всех страстей человека сосредоточены в его испорченной воле: послушание, связывая и убивая волю, связывает и убивает совокупно все страсти. Другие ищут всеусильно и всеусердно этого подвига, а для вас он устроился сам со бою. Старайтесь преуспевать в послушании разумно и благочестно и благодарите Бога, даровавшего вам этот подвиг. Послушание полезнее всех произвольных подвигов, хотя и представляется при поверхностном взгляде, что положение в послушании препятствует духовному преуспеянию, препятствуя совершению произвольных подвигов. Такой взгляд ошибочен. В Египетском Скиту – местопребывание величайших святых – жил юный инок Захария при родном отце своем Карионе, который был и старцем его. Захарию осенила благодать Божия, и он пришел от этого в особое состояние. О сверхъестественном состоянии своем он поведал старцу. Старец занимался одним телесным подвигом и не понимал ни духовного подвига, ни обстановки его. Он начал бить Захарию, говоря, что совершившееся с ним есть следствие самообольщения и действие бесовское. Захария принужден был сходить тайно к одному из святых Отцов для совещания. Отец дал такой совет: "Твое состояние – от действия Божественной благодати, но иди и пребудь в повиновении у твоего старца". Очевидно, что святой Отец оставил за Захариею положение, положение послушания, на котором, как на основании, воздвиглось его душевное преуспеяние. С отьятием основания могло бы рушиться и воздвигнутое на основании.

Страх, приходящий вам по вечерам, должно отражать верою. Напоминая себе, что вы в деснице Бога и под Его взорами, прогоняйте страх, не имеющий никакого смысла.

В церкви никак особенных молитв не читайте, а внимайте богослужению. Хорошо приучиться к молитве мытаря, которая одобрена Господом и которую мытарь, как видно из Евангелия, произносил, находясь в церкви [111]. Эта молитва читается так: "Боже милостив, буди мне грешнику" или: "Боже, очисти мя грешного". Этой молитве равносильна молитва: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного" или же "Господи, помилуй". Читайте из этих молитв ту, которую найдете удобнейшею для себя. Но читайте непременно, не спеша и со вниманием. Советую держаться второй (то есть Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного). Первые две молитвы – тождезначущи; третья – сокращение второй. В церкви иногда внимайте богослужению, а иногда умом произносите молитву, не преставая внимать и богослужению. Можно вместе и молиться умом, и внимать церковному молитвословию. Первое споспешествует второму, а второе первому.

Церковную службу, когда остаетесь дома, можно заменить чтением которого-либо из акафистов: акафиста Господу Иисусу или акафиста Божией Матери.

В церкви не становитесь на колени и вообще по наружности не отделяйтесь от прочих какими-либо особенностями; но сохраняйте и внутреннее и наружное благоговение. Поклонов кладите как можно меньше. Земных поклонов полагайте всего два в течение литургии, в конце ее: когда дважды выносят Чашу со Святыми Тайнами. Удерживайте себя от разгорячения и от всех порывов, столько противных смирению. Требуйте от себя тишины и внимания и при молитве, и при чтении, и при всех действиях ваших. Таким поведением доставляется духу смирение. Смирение осеняет милость Божия.

Никакими мелочами не связывайте себя и не засужайте себя по причине мелочных погрешностей и проступков. То и другое служит источником смущения и уныния. Мелочные погрешности, в которые впадает ежечасно каждый человек, врачуются ежечасным покаянием пред Богом, покаянием, состоящим из немногих слов при сочувствии им сердца. Нередко оказывается возможным слово покаяния произнести только умом: и этого достаточно, лишь бы они произнесены были со вниманием. В церкви, когда найдете нужным сесть, садитесь, потому что Бог внимает не тому, кто сидит или стоит, а тому, чей ум устремлен к Нему с должным благоговением. Стремление к Богу, благоговение пред Богом и страх Божий приобретаются вниманием к себе. Читайте, что читали. Чтение Апокалипсиса приводит к страху Божию; воздержитесь от объяснения этой таинственной книги, довольствуясь производимым его действием на вашу душу. Когда найдете нужным прибавить или убавить что в вашем молитвословии и чтении по случаю немощи или встретившихся независимо от вас других занятий, делайте это, не сомневаясь и не смущаясь. Будьте свободны! не связывайте себя никакою скрупулезностию. Правила для человека, а не человек для правил. Противным сему пониманием производятся лишь недоумения и расстройства.

Мне приятно, что вы поняли причину, по которой предложено вам чтение сочинений святого Тихона [112]. Теперь уже нет для вас повода колебаться, когда вам будут предлагать для чтения ту или другую духовно-нравственную святую книгу. Идите своим путем, уважая и благословляя пути всех других, благочестно спасающихся. Письма Затворника Георгия [113] одного духа с сочинениями святителя Тихона.

Благословение Божие да почиет над вами.

18

Не ошиблись вы, вручив сына вашего покровительству Божией Матери. Вследствие этого покровительства ему посчастливилось на службе [114]. Слышу, что вы нездоровы. В таком положении нахожусь и я. Должно положиться на Бога и стараться о благоугождении Ему. Находясь постоянно в Его полной воле и власти, мы должны непременно предстать на суд Его, на котором решится наша вечная участь, смотря по тому, приблизились ли мы к Богу или отдалились от Него во время нашего земного странствования.

Относительно корректуры "Опытов" [115] убедительно прошу вас поступить со всею искренностию и прямотою. Если этот труд удобен для вас, возьмите его на себя; если же он сколько-нибудь неудобен, то откажитесь от него. Поступив искренне, вы поступите самым приятнейшим образом для меня.

Что это значит? Веет от мира какою-то пустынею, или потому что я сам живу в пустыне, или потому, что и многолюдное общество, когда оно отчуждилось от Слова Божия, получает характер пустыни.

Благословение и милость Божий да почиют над вами и сыном вашим.

3 марта 1864 года.

19

Прежде всего скажу Вам, что сон Ваш не имеет никакого значения. Ваше внимание к нему было ошибочное. Вы познаете это из того, что внимание к нему производило в Вас смущение, то есть приводило Вашу душу в неправильное состояние, а невнимание успокоит, то есть приведет душу в правильное состояние. Таковы действия лжи и истины на душу.

Далее скажу: если чувствуете себя в силах, возьмите на себя корректуру "Аскетических Опытов". На это имеются существенного значения причины: 1) полагаю, что тщательный пересмотр "Опытов" подействует благотворно на Вашу душу, уже привыкшую входить в общение с духом святых Отцов Православной Церкви и находить пищу и утешение, более – оживление в этом общении; 2) по Вашей преданности мне, по сочувствию, которое питаете к моим убогим писаниям, по Вашему знанию и навыку в этом деле я не могу указать ни на кого другого, который бы исполнил служение в общую пользу христианства с таким усердием и с такою исправностию, как Вы; 3) Вы хорошо знакомы с Глазуновым [116] и можете более, нежели другой, похозяйничать в его типографии.

Затем Господь да благословит Вас на этот труд.

8 апреля 1864 года.

20

С особенным удовольствием увидел я Вас в уединенной обители Бабаевской [117]; с особенным удовольствием слышал от Петра Александровича [118] поведание о том впечатлении, которое произведено на Вашу душу посещением обители. Это поведание совершенно согласно с письмом Вашим от 20 июня, полученным мною 26-го. Вы видели меня много изменившимся, приближавшимся к окончанию земного странствования. И Вы подвинулись на этом пути. Загробная жизнь уже не есть странствование, а в полном смысле жизнь, жизнь неизменяющаяся или в вечном блаженстве, или вечном бедствии.

Божия Матерь, Которой Вы предали Вашего сына, да осенит его Своею милостию и да наставит провести земное странствование правильно. И Вам искренно желаю действовать в пользу сына Вашего, не согрешая перед Господом Богом занятиями, Ему неблагоугодными [119]. Вступающие в общение с духами отверженными во время земной жизни своими помышлениями и сердечными ощущениями будут отчислены по смерти к страшному обществу этих духов. При занятиях богоугодных молитва Ваша о сыне Вашем получит силу пред Богом и привлечет благословение Божие на Вас и на сына Вашего. Милосердие Божие да дарует Вам найти занятие богоугодное. Искренне благодарю Вас за присланные брошюрки о Дарьюшке [120]: такие простые христианские души, как Дарьюшка, очень близки к Богу, между ими и Богом нет тех ширм, той каменной стены, которые поставляются образованностью и обычаями мира сего.

Очень приятен мне труд Ваш по корректуре "Аскетических опытов", которые в христианском отношении имеют огромное значение. Это не мое сочинение: по этой причине выражаюсь о нем так свободно. Я был только орудием милости Божией к современным православным христианам, крайне нуждающимся в ясном изложении душевного христианского подвига, решающего на вечную участь каждого христианина. Очень легко вдаться в неправильный подвиг, а посредством его вполне отчуждиться от Бога. Занимаясь корректурой "Опытов", Вы трудитесь и для общей пользы, и для собственной Вашей. Смею думать, что Промысл Божий доставил Вам этот труд; чтоб дух Ваш оторвался от духа мира сего и усвоился Духу Божию, в чем сущность спасения. В "Петербургской 6иблиотеке" вышла очень замечательная брошюра: "Об ужасах и искушениях, какие душа может испытывать при переходе своем в загробную жизнь" [121]. Священником, как видно академиком, описан опыт, бывший над ним в 1862 году. Опыт служит подтверждением "Слова о смерти" [122] и "Слова о видении духов" [123]. Советую Вам прочитать для Вашей душевной пользы.

Благословение Божие да почиет над Вами.

Ваш преданнейший слуга и друг

Епископ Игнатий.

Брошюра эта составлена архимандритом Макарием, бывшим ректором Тверской семинарии (ныне цензор) из собственного опыта. Ему же принадлежит брошюра "Покайтеся", изданная в начале 1865 года в пользу Афонского монастыря святого Пантелеймона [124].

28 июня 1864 года.

21

Милостивая Государыня София Ивановна!

Пишу Вам, чтоб поблагодарить Вас и чтоб утешить Вас. Продолжительное неполучение письма с границ Персии и Турции (от сына) очень естественно. Там нет комфорта городов: не вдруг сыщется время написать письмо; не вдруг сыщется время переслать его; на пути своем оно легко может залежаться и даже затеряться. Вы поспешили предаться безмерной печали. Ее нанесли Вам мечты Ваши. Вы поручили сына Вашего Божией Матери: отдайте же его воле Великомощной Покровительницы этой и успокойтесь. Искренне благодарю Вас за труды по корректуре "Опытов". – Радуюсь, что Вы читаете и перечитываете мою книгу: этим Вы снимаете бремя с моей совести, упрекавшей меня в том, что я мало сообщал Вам познаний духовных.

18 августа 1864 года.

22

Милостивая Государыня София Ивановна!

На добрейшее письмо Ваше от 16 ноября скажу Вам, что я, оканчивая мое земное странствование, обращаюсь с приветом любви ко всему человечеству, желая всем всех истинных благ. С особенной благодарностию обращаюсь к тем немногим, которые оказывали мне особенную любовь. В числе этих немногих, очень немногих – Вы. Благодарю вас за сочувствия Ваши ко мне.

Какое великое дело Вы сделали! Вы поручили, совсем отдали, как пишете, Вашего сына Божией Матери. Будьте уверены, что Божия Матерь приняла его, а он пусть потщится быть достойным Высокой и Великомощной Покровительницы своей!

Больше не пишу Вам, потому что очень немощен. Странно, что письма уже изнуряют. Вот! до чего дожил или до чего отжил. Слава Богу!

Благословение Божие да почиет над Вами и над сыном Вашим.

24 ноября 1864 года.

23

Милостивая Государыня София Ивановна!

Богу угодно дозволить, чтоб и остальные два тома моих сочинений были напечатаны. Когда я прочитал в письме Вашем к Петру Александровичу намек на некоторую надежду склонить Ивана Ильича к исполнению намерения его, высказанного им с самого начала, то почувствовал побуждение написать об этом о. Игнатию [125] И Бог благословил начинание, истекшее от Вас.

Покойный иеросхимонах Сергиевой Пустыни Стефан перед смертью своей постоянно читал "Слово о смерти" и не раз повторял мне следующие слова: "Это не Вы писали: это Бог дал Вам написать". Очень верно! То же должен я сказать вообще о всех моих убогих сочинениях. Такой отзыв слышу от самых глубоких людей о "Аскетических Опытах". Так угодно Богу. Теперь вижу, что последние два тома служат пополнением к первым двум. Уверен, когда прочитаете их, то и Вы увидите это.

Признаю за милость Божию к себе Ваше участие в этом деле. Занятие Ваше им восполняет долг мой пред Вами. Помню; я уже писал Вам об этом. О себе скажу, я необыкновенно слаб. Но так как это сделалось по попущению Божию, то я должен признавать мое положение благом, исшедшим от руки Божией. Призываю благословение Божие на Вас и на Николая Аполлоновича [126]. Судя по ходу дел, деловым людям будет много дела. От души желаю Нико-лаю Аполлоновичу быть полезным отечеству и себе во времени, не забывая о вечности. Я отживаю и утвердитель, но могу сказать, что все временное и земное срочно, что срок, на который оно дается, очень короток. Нужно быть очень осторожным и не допустить временному и срочному обмануть себя. А оно делает это. И как? – Представясь вечным и неотъемлемым.

Ваш покорнейший слуга и друг

Епископ Игнатий. 25 января 1866 года.

24

Милостивая Государыня София Ивановна!

Как Вам, так и мне, несмотря на нашу хворость [127], даруется продолжение земного странствования для основательного приготовления к вечности. Милосердие Господне, подающее нам дар, да подаст и разум воспользоваться даром.

Вы справедливо говорите, что "Опыты" не суть мое сочинение. Они – дар Божий современным православным христианам. Я был только орудием. То же должен сказать и о тех двух томах, которые поступили ныне в типографию. Время страшное! Решительно оскудели живые органы Божественной благодати; в облачении их явились волки: обманывают и губят овец. Это понять необходимо, но понимают немногие.

Очень сочувствую Вашей скорби, причиненной кончиною матушки Варсонофии [128]. Судьбы Божий – бездна многа. В редких случаях мы можем быть правильными судьями кончины человека, и это дается тогда, когда того требует душевная польза по особенному смотрению Божию. В описываемом Вами случае всего лучше положиться на Бога и постараться тщательным поминовением усопшей вознаградить упущение, сделанное при ее кончине [129].

Прошу Ваших молитв о мне во исполнение заповеди Божией, которая повелевает молиться друг за друга. По этой заповеди и я молюсь о Вас, хотя и знаю, что моя молитва вполне недостойна Бога.

Епископ Игнатий. 22 февраля 1866 года.

Подготовка текстов, публикация и комментарии Е.М. Аксененко.

С.И. Снессорева. Автобиографическая записка

София Ивановна Снессорева родилась в 1816 [130] году в Воронеже. Она была шестое дитя из числа двенадцати человек, которыми Бог благословил ее родителей: шесть сыновей и шесть дочерей. В свое время Иван Николаевич и Елисавета Ивановна Руновские [131] были полезными и честными деятелями на общественном и семейном муравейнике, где указан был им путь. Не только Воронежская, но и соседние губернии признавали в Иване Николаевиче юриста неподкупной честности и высокого развития, и даже незнакомые издалека приезжали, чтобы получить его совет. И если он находил, что дело неправое и не советовал его начинать, то лучше всего было последовать его совету, потому что как бы ни был могуч и богат ищущий и как бы ни был беден и беспомощен его соперник, в виде заброшенных сирот или безгласной вдовы, а Иван Николаевич считал уже своим долгом разыскать их документы и обнаружить истину, не щадя своих трудовых средств и не считая, что обижает детей своих, когда отдавал чужим сиротам. Звезда ли то была счастливая, или Бог помогал бесстрашному воину на поле юридической брани, только Иван Николаевич никогда не держался пословицы "один в поле не воин" и всегда выигрывал правые дела, за которые только и брался, сильный их истиною. Ну а Елисавету Ивановну знали хорошо все бедные семейства, которые всегда находили легкий доступ к ней и посильную помощь, не разбирая, прав или виноват страждущий.

Елисавета Ивановна всех своих детей выучила читать к шести годам, после этого отец благословлял грамотное дитя Евангелием и младшие переходили на руки старшей сестре, замечательного ума и разнообразных знаний и с шестнадцати лет трудившейся над развитием младших, чем много помогала своим родителям. Кроме того, в доме постоянно жил один из лучших семинаристов-богословов на правах старшего сына до выпуска, и, сами воспитываясь и учась, они учили младших детей. До 13 лет София Ивановна училась с братьями даже по латыни и алгебре и геометрии; когда же братьев отвезли в Петербург для определения в казенные учебные заведения, она была отдана в Благородный пансион госпожи Депнер [132], где она находилась с 1829 до 1834 года. Курс наук (она) имела счастье проходить под руководством лучших педагогов, которыми тогда славился Воронеж. Все наставники, начиная от законоучителя о. Иакова, госпожи Депнер, Александра Алексеевича Попова, заступившего место Павла Кондратьевича Федорова как первого преподавателя и содержателя Благородного мужского пансиона, и кончая вспыльчивым, как порох, но добродушнейшим учителем музыки, – все они были не просто учителями-наемщиками, а настоящими пастырями своего стада, которое они любили, и зато как их любили [133]! Они развивали вверенных им детей для того, чтобы из каждого сделать человека, и, если где видели добрую землю, тогда не щадили уже своих трудов. Они учили их распознавать добро и зло, бодро вступать в борьбу, всегда готовую встретить в житейском море, и не бояться толчков судьбы. Да, это были благодетели, не отнимавшие у детей силы и энергии пустыми словами сомнения и безверия, не производившие скороспелок недозревших: они давали им в руки орудия духовной силы, чтобы побеждать земные немощи. И как дружно, как единодушно они содействовали и друг другу, чтобы дать знание и сохранить доброе чувство в ребенке. Светлая память сохраняется о них в переживших их воспитанниках!

Со смертью отца в 1832 году наступили тяжелые годы для матери, оставшейся с девятью пережившими отца детьми. Сыновья еще учились, а дочери, насколько сил и уменья было, помогали матери в ее трудовой жизни. В 1836 году София Ивановна вышла замуж [134] – брак по любви – за человека, богатого умственными капиталами, и немедленно уехала [135] с ним в Петербург. В те далекие времена трудно было, даже труднее, чем теперь, пристроиться к месту человеку – будь хоть он семи пядей во лбу, – не имеющему ни связей, ни туго набитого кошелька. Пришлось служить первые месяцы без жалованья. К счастью, нашлась работа по силам: первый опыт их переводов был помещен в Энциклопедическом словаре Плюшара [136]. Деньги платились большие, но условие было тяжелое: если на писаной странице было более трех поправок от редакции – страница не шла в расчет. К счастью, редакция была замечательно добросовестная и доброжелательная к труженикам-переводчикам. Работа нашлась и у Масальского, издававшего отдельные романы [137]. Кроме того, Кашкин [138], старый знакомый и содержатель собранной его трудами Библиотеки для чтения книг, заказал им перевод Музыкальной школы Калькбреннера [139]. Кашкин тоже был замечательной личностью Воронежа, подобно Кольцову и Никитину, он самоучкой добился такого знания в музыке и науке, какими не всякий ученый обладает.

Жестокая простуда уложила Софию Ивановну в постель. Доктора присудили ее к чахотке и смерти с разлитием Невы, но обещали торжество молодости и хорошего сложения, если немедленно увезти ее в более теплый климат. Муж принял первое место [140] и уехал с нею в Астрахань. Тут прожили они с 1838 до 1842 года. Время жгучих впечатлений во всем, что дорого сердцу! Она похоронила тут трех детей и, наконец, мужа Первые слова, которые донеслись до слуха ее рассудка, после многих недель мрака и воспаления в мозгу, были слова ее двухлетнего сына [141], который с плачем говорил утешающей его крестной матери, незабвенной С. Ф. Тимирязевой [142]: "Ничего не хочу, только маму мне надо!" Гальванический ток пробежал по телу, жизнь, покидавшая уже рассудок и сердце, забилась свежею струею, голова просветлела, руки охватили ребенка, и она мысленно дала слово жить для него

Потекли однообразные непрерывные годы трудовой жизни и забвения всего, чтоб исполнить свой долг Несмотря на жгучие страдания, Астрахань памятна ей и по светлым личностям, посланным Провидением, чтобы сберечь ее от отчаяния. Сердце сохранило все те дорогие имена – их было немало, – но два семейства сроднились с ее душою и всегда участвовали в ее жизни: семейство Тимирязевых и семейство Ахматовой [143]. С 1838 года до настоящего 1871-го сохранялись между ними дружеские отношения, не поддающиеся ни гнету времени, ни переменам обстоятельств, как капитал, не теряющий своей ценности. До 1848 года София Ивановна жила педагогическими трудами, то в саратовских неоглядных степях, то в курской черноземной глуши, и, наконец, много трудилась над огранением каменных мостовых в петербургских улицах. Трудясь много и всегда с любовью к делу, она не торговалась со своими силами, и вся отдавалась своим обязанностям. Эта несоразмерность часто отражалась на здоровье и навсегда повредила зрение: последние двадцать лет она работала одним правым глазом; левый же глаз после долгих упорных страданий tic douloureux [144] оказался парализованным, так же, как и вся левая сторона тела. И, несмотря на то, она продолжала без устали свою трудовую жизнь одною правою стороною тела. Не есть ли это явное, осязательное доказательство, что есть Провидение Высшей Невидимой, но ощущаемой Силы, Которую мы называем Бог?

Приехав в Петербург в 1845 году для того, чтобы хлопотать о помещении сына в учебное заведение, она всюду встретила отказы. Было отчего прийти в отчаяние: без средств, без покровительства, одна с семилетним сыном, она безмолвно взывала: "Верую, Господи, помоги моему неверию!" Как единственная отрада в чуждом городе, была для нее любовь ее старшей сестры, такой же труженицы, как и она сама [145].

Убедившись, что, кроме отказа, она ничего не может добиться от власть имущих, она очутилась в Царскосельском саду пред Государем Наследником, ныне благополучно царствующим Александром II, в ноябре 1845 г. Увидев робких мать и сына, державших друг друга за руку, Он сам подошел к ним, и, когда на вопрос его: "Что вам угодно?" – измученная, болезненная женщина, после тщетных усилий заговорить, отвечала только слезами, катившимися по ее бледному болезненному лицу, – сильные ощущения лишили ее голоса, мальчик, смотря прямо на свою Надежду и сознавая болезненное онемение матери, сказал своим детски-простодушным языком: "Государь, утешь мою маму! Прими меня в гимназию воспитанником сына Твоего!" У Него слезы, как блестящая от солнца роса, навернулись на глазах: "Успокойтесь! Я все сделаю для вашего сына. Но кто вы? Как вас зовут?" Совсем потеряв способность говорить и продолжая проливать тихие слезы, она вынула из кармана приготовленную записку: "Государь! Если Ты не поможешь мне, то мне остается умереть", – было в ней. На другой день, по приказанию Государя, она пришла в контору Его, и тут показали ей ее же записку, наверху которой ровным жемчужным почерком было написано: "Сына вдовы Николая принять воспитанником моего сына Николая. Александр" [146]. Да будет благословенно имя Его, утешителя вдов и сирот! День и ночь молитва за Него

При первом облегчении глаз – почти два года она не могла работать от боли – опять спешила искать труда и до 1860 года давала уроки. Трудно было зимою преодолевать бурю и непогоду, чтобы поспевать вовремя и не пропускать уроков; но летом еще было труднее: ученицы разъезжались по дачам; ездить на извозчиках немыслимо дорого, и приходилось странствовать по белу свету. А даль-то какая: с Петербургской стороны или потом с Глухого переулка за Вознесенским проспектом – в Лесной, или на Аптекарский, или на Петров остров. Тогда не везде были мостовые, а от Черной речки до Лесного была земля глинистая; чуть дождь, ноги разъезжаются, сил нет вытащить: поневоле остановиться надо да вздохнуть к Богу – откуда опять силы возьмутся. И место какое пустое было: ни жилья, ни людей, а только длинный, бесконечный ряд огородов. А как часто гроза, ветер, дождь были ее спутниками! Придет промокшая насквозь, потоки льются с нее – и ничего: ни злой чело век, ни опасное приключение не коснулись одинокой, по видимому беспомощной странницы, встававшей в 5 часов, чтобы поспеть на урок до солнечного зноя! Кажется, путь предлежал не на розах, а сколько было утешения! Сознание, проникавшее до глубины души, что Господь хранит и зовет к себе всех тружеников и обремененных, явное ощущение близости Его милосердия! А дорога длинная: скоро (быстрым шагом. – Е. А. и Е. П.) идти два часа туда да два с половиною оттуда (больше усталость и жарко) Всех друзей успеешь вспомнить, живых и ожидающих в вечности, и помолиться за всех – удобное время, никто не помешает. И такое было ей счастье: ни одной не было ученицы, на кото рую надо бы рассердиться или взыскание сделать, – все дети добрые, любящие. Бывало, в глаза смотрят, как бы угодить: хорошенько учиться да что-нибудь доброе сделать. Добрая земля предлагалась. Эта благодарная любовь и готовность пользоваться уроками много услаждали труд. Вот и о них думалось дорогою, не одни тернии предлагавшей, а и розы такие душистые.

В 1848 году по ходатайству Е. Н. Ахматовой София Ивановна получила работу при "Библиотеке для Чтения" [147]. Легко и приятно было переводчикам при таком редакторе, как О. И. Сенковский [148]. Он сам выбирал статьи, сам своею рукою на полях оригинала писал по-русски оглавление, все иностранные имена, технические слова и даже целые фра зы, представлявшие какое-нибудь затруднение; сокращения тоже сам производил на оригинале же. Для фраз выше понимания переводчики должны были оставлять пробелы на своих страницах и выписывать на полях эти фразы. Кроме того, последнюю корректуру держал Сенковский, и тогда все переводы проходили через его очистительное перо. По напечатании книги сам Сенковский немедленно рассчитывал сотрудников (выплачивал деньги. – Е. А. и Е. П.). Вежливый, добросовестный был редактор; сам честный труженик, умел ценить труд своих сотрудников, не усчитывая и не обделяя никого.

При начале карьеры переводчицы над Софией Ивановной готова была разразиться буря, готовая преградить ей дальнейший путь. "Загробные записки Шатобриана" стали выходить в какой-то газете, "Presse", кажется. В числе других и она получила свою часть для совместного и скорейшего перевода этой знаменитости. Дался же им этот Шатобриан: газетная бумага гадкая, шрифт в фельетонах мельчайший и какой-то слепой, корректорских ошибок без числа, а слог – прости ему, Господи! прости и его переводчиков, не добром поминавших его! Словом, дело идет о знаменитой фразе по случаю la charette, напечатанной не прописной буквой, как бы следовало для собственного имени. Билась, билась с этою фразою – решительно смысла нет для la charette, так и пришлось оставить пробел, а на полях записать ужасную фразу. Когда принесли корректурные листы, Сенковский был болен и несколько ночей не спал от жестокой зубной боли. Сам он не мог поднять головы, но кто-то из близких читал вслух и поправлял по его указаниям. Дошло дело и до la charette – оригинала не случилось под рукой, была только выписанная фраза на полях. Рассыльный торопит, время не терпит, и вот вышла знаменитая фраза о роковой тележке вместо генерала Ла Шарета и как уж обрадовались чужие редакции! Подхватили они эту фразу и чуть не целый год носились с нею, как кошка с салом. Да, было то праздное время, когда переводы и мелких статей в "Б.д.Ч." разбирались даже в серьезных журналах! Поднялась буря: кто переводил это роковое место? Разумеется, Снессорева. Но и тут выручила справедливая дружелюбная Ахматова: потребовали по ее настоянию листки, и оказалась истина: сам Сенковский приказал написать эту фразу.

До самой его смерти Снессорева работала в его журнале.

Жена Сенковского писала свои сочинения на франц. языке, которым владела превосходно, на русский же язык давала переводить своим друзьям. Снессорева была в числе неизменных ее переводчиц, и никто не заметил даже, что ее сочинения писались не по-русски. За год до смерти мужа Сенковская поручила Снессоревой свой последний труд, в котором она пыталась нарисовать истинный портрет своего мужа. Снессорева не только переводила, но и часто по указанию сочинительницы вставляла целые рассказы, и по два-три раза случалось одни и те же переделывать. Работа длилась около двух лет. Сенковский умер, жена его прожила после него год и жила в лихорадочной деятельности, желая издать избранные сочинения мужа, которыми искренно гордилась; написала его биографию; но не успела напечатать своего последнего любимого романа с натуры – "Соперницы". Пред смертью она продиктовала ближайшей родственнице свои последние желания и между прочим просила передать 400 экз. (4000 книг), изданных ею, Снессоревой, свидетельствуя при том о своей глубокой благодарности за ее неизменную любовь. Между наследниками вышли споры, Снессоревой не отдали ни одной книги; но она жалеет не о пропавшем даром труде двух лет, а о том, что рукопись "Соперницы" пропала без вести. Кому она понадобилась? Кто не желал видеть ее в печати? Или чья небрежность совершила это преступление против чужой собственности?

Вопрос о "женском труде" был решен ею в 1856 году.

После смерти Сенковского она года два еще работала в "Библиотеке для Чтения", перешедшей в достояние Старчевского и Печаткина [149]; потом у Зарина [150] и, наконец, у Боборыкина [151]. Ей предоставлялись мелкие статьи, что, по ее мнению, гораздо труднее многотомного романа, где переводчик успевает свыкнуться и с языком, и с манерою сочинителя, и с характерами действующих лиц. Тогда как каждая мелкая статья требует особенного изучения и часто особенных познаний, потому что редакция, не сообразуясь, присылает мелкому переводчику статьи и по ботанике, и по зоологии, и медицинские, и военные. Уж слишком большое разнообразие сведений требуется от переводчика. Из боль ших же сочинений ею переведены: "Орлийская ферма" Антония Троллопа [152], "Дело темной ночи" мистрисс Гаскель [153] и обзор "История английской литературы" англичанина Тэна [154]. Кроме того, из "Отечественных Записок", когда там участвовал Зарин [155], иногда присылались ей отдельные главы разных романов, которых не успевал докончить их обычный переводчик.

В ту пору, когда в Италии совершался великий перево рот и Гарибальди явился героем и деятельным помощником своего короля для объединения Италии, сестра Снессоревой, переселившаяся в Италию, писала к ней письма с животрепещущими описаниями совершавшихся на ее глазах событий. По просьбе Дружинина, этого безукоризнейшего и изящнейшего литератора и доброго знакомого, она составляла из этих писем статьи для его журнала, кажется "Век" [156]. В "Пантеоне" [157], в "Сыне Отечества" [158] попадались случайно налетом ее статьи.

Но настоящая ее деятельность, надежная, выручавшая из всех бед с 1856 года до настоящего 1871 года, относится к журналу Е. Н. Ахматовой "Собрание иностранных романов" [159]. Создавая этот журнал, Ахматова имела в основании благородную цель: самой жить трудами и другим женщинам-труженицам давать средства трудами жить.

Все, одиннадцатый год трудящиеся по ее журналу, – женщины, поддерживающие семьи свои честным трудом и благословляющие имя основательницы журнала, тихо, без печатных криков проводящей в жизнь свою душевную мысль: жить и другим давать жить.

Беспристрастный историк много найдет сказать об этой благородной личности, высоко поднимающейся над толпою. Трудно исчислить все ее труды: она перевела более 250 сочинений с французского и английского языков, успевая перечитывать все журналы и лучшие книги на этих языках, чтобы выбрать лучшее для своего журнала и познакомить с неизвестными, но талантливыми писателями.

В отношении цензурных и почтовых переворотов она передовой и бесстрашный боец. Чувство чести в ней глубоко развито, на ее слово можно положиться, память необычайная, твердость и обдуманность характера, какие трудно встретить и в мужчине. Система и порядок царствуют во всех ее делах: стоит только взглянуть на ее конторские книги, чтобы понять, какой мастер дела заведывает ее журналом.

Одна беда: своих друзей она хочет ставить на свое место и ожидает от них таких же способностей, какими сама одарена. Поэтому ее друзьям приходится иногда очень жутко. В 1857 году она сказала Снессоревой, что переводов с французского совсем недостаточно, тогда как с немецкого переводчицы нет, а вышел новый роман Герстекера "В Америку", который надо поместить в "Собрании", так Снессоревой надо призаняться немецким языком, чтобы перевести его. А Снессорева давно уже забыла немецкий язык. Однако, нужда удивительный учитель. Пригласив молоденькую образованную немку, только что кончившую курс в Annen Schule [160], она просила ее заниматься с нею по методе, которую сама для себя придумала: прочитав фразу, каждое слово она переводила, требуя объяснения не только слова, но и каждой частички речи. Трудно было, но с помощью талантливой молодой учительницы и энергии старой ученицы дело пошло на лад: через 8 месяцев роман "В Америку" почти в 800 страниц был напечатан в "Собрании романов" [161], к общему удовольствию заставившей и заставленной. В I860 году повторилась та же история и с английским языком, потому что для журнала потребовалась переводчица с английского. С тех пор Снессорева наслаждается еще большим разнообразием в переводных статьях и все больше мелких рассказах, но есть и большие книги: "В Америку" Герстекера; "Тайный брак" Уилки Колинза, "Фанни" Эрнеста Фейдо, "Роман Молодого Бедняка" Октава Фелье, рассказы американца Рупиуса, уголовные процессы Темме, "Картинки без картинок" Андерсена, "Филипп Август", "Война Амазонок", "Семь поцелуев" Букингама, "Воспоминания Старого охотника", "Анна Гирфорд", "Идеал в деревне" и "Золотой ключ" пополам с Ахматовой [162].

Но никогда Снессорева не работает с большею охотою, как над статьями для детей, и когда Ахматова задумала издавать детский журнал "Дело и Отдых" [163], тогда Снессоревой трудно было оторваться от работы. "Дело и Отдых" публика не умела оценить вовремя, а жаль: это был действительно прекрасный журнал, предлагавший роскошное угощение не только для детей, но и для взрослых. Ахматова вела это дело с необыкновенным знанием и добросовестностью, не из желания приобрести выгоду, но истинно по глубокому сознанию, что она может принести пользу и детям. Кроме многих мелких статей, отлично выбранных, лучшими статьями из переведенных Снессоревою, можно назвать "Черная пантера", "Рюбен Дэвиджер", "Коралловый риф", "Плавание по лесам", "Мальчик в плену", "Школьные воспоминания", "Записки Черного принца", "Бурда, или Заметки о кошках", рассказы о собаках и комедия, переделанная на русский лад, "Кошки вон, а мышки в дом" [164]. Отдельно изданные детские книги – "Мальчик, отыскивающий отца в Полярном море" [165] и последняя половина книги "Как иметь успех в жизни".

В минуты отдыха Снессорева перевела и издала "Народные сказки Бр[атьев] Гриммов" [166], которые вышли и вторым исправленным изданием (первая пока часть, а вторая в типографии) с прекрасными портретами и картинками, талантливо сочиненными русским художником Шпаком [167]. Из собственных ее сочинений она издала по просьбе друзей "Дарьюшка, или Очерк жизни русской странницы" [168], затем после двухлетних трудов издала биографию игумений Феофании Готовцевой [169], замечательной по своей жизни как в большом свете, так и в монастыре. Вышла книга с приложениями в 30 листов, с 17 картинами и двумя портретами.

Кроме того, ее любимейшим занятием было дело, порученное ей Преосвященным Игнатием Брянчаниновым, скончавшимся в Николо-Бабаевском монастыре Костромской губернии. Он поручил ей надзор за печатанием, корректурой и редакцией его творений, составивших пять томов и около 150 листов, т. е. 2400 страниц большого формата. Краткое описание кончины его было ею же написано [170].

Если надо выводить мораль из всякой истории, то из этой жизни можно такое заключение сделать: при благоприятных обстоятельствах и верных друзьях труд прокормит переводчицу, но никогда не обогатит и не обеспечит. Труд модистки, труд портнихи – не говоря о француженках, но даже русских – представляет более возможности оставить "про запас на черный день". Avis aux lectrices [171], которые в Петербурге и провинции тревожат себя надеждами, а редакторов просьбами дать работу, думая, что можно прожить одними переводами.

Еще маленькое замечание: а богатые барыни, переводящие романы от нечего делать и наслаждающиеся тщеславием, что их работа красуется в печати, должны опасаться, как бы не вынуть кусочек хлеба изо рта голодных, не имеющих протекции в литературном мире.

И невольно вспомнишь, как смешны казались неутомимым труженицам, всю жизнь работавшим без криков и покровительственных партий, как смешны казались им эти натянуто-разгоряченные страницы романа "Что делать?". Какая-нибудь крикунья Вера Павловна воображала, что она выведет русских женщин из подвала на чистый воздух самобытного труда и свободной мысли! Сами сидят в подвалах напускных модных теорий и воображают, что без них никто и Америку не открывал. А пригляделись бы получше к жизни и к людям бывалым, так и узнали бы, что и за пятьдесят лет по всей России бывали женщины, не терявшие своей жизни на бесплодное безделье. Вообще говоря, нигде, может быть, женщина не была так самостоятельна, как в России, и в гражданском отношении, и в семейном быту. А что мужья в старину бивали жен и что жены, по сохранившемуся преданию, плакали, что муж не бьет – значит, разлюбил, так и теперь бывают подобные случаи у всех народов. Но не у всех народов женщина имеет права собственности, права голоса, собственница. В России никто никогда не мешал ей учиться и прославляться, если талант был. А если правительство не позволяло женщине кричать по улицам и провозглашать разные теории в обществах, так, право, оно бы так и лучше. Вообще говоря, много бы вышло хорошего для мира, если бы всякий муравей потихоньку старался принести посильную пользу в свой мура вейник, трудясь в своей окружности, насколько сил и умения хватает.

Игнатий Брянчанинов, святитель

Азбука веры

Примечание

1. См. современные переиздания первой книги С.И. Снессоревой "Дарьюшка. Очерк жизни русской странницы". СПб.: тип. И.И. Глазунова, 1864. 119 с. Дарьюшка: Из жизни русской странницы [инокини Исидоры: Для детей] М.: Моск. подв. Свято-Троицкой Лавры: Отчий дом, 1995. 63с.; Русская странница Дарьюшка: Рассказ с ее слов. СПб.: Воскресенский Новодевичий монастырь, 1996. 64 с.; Дарьюшка: Из жизни русской странницы [инокини Исидоры (Шурыгиной Д. А.): По весть] М.: Отчий дом, 1997. 61 (2) с. Главный труд СИ. Снессоревой: -"Земная жизнь Пресвятой Богородицы и описание святых чудотворных Ее икон, чтимых Православною Церковью на основанииСвященного Писания и церковных преданий. Составила София Снессорева. С изображением в тексте праздников и икон Божией Матери. СПб.: изд И. Л. Тузова, 1891. 560 с. То же: Ярославль: ВерхнеВолжское изд во, 1993. 457 с; То же: Омск: Ом. Тарская епархия, 1996. 462 с; То же: М.: "Синтагма", (1997). 560 с: То же: Ярославль: Верхняя Волга, 2000. 457 с

2. В последнее время появились работы, посвященные проблемам литературного творчества Святителя. См., например: Любомудров А. М. Святитель Игнатий и проблема творчества// Поли. собр. творений святителя Игнатия Брянчанииова: В (7 т.). М.: Паломник, 2000. Т. 4. С. 513–523. (Далее -Настоящее издание.) Священник Геннадий Беловолов. "Поэтические опы ты" аскета: Проза святителя Игнатия Кавказского// Святитель Игнатий Брянчапипов. Песнь под сенью креста. СПб.: Диоптра, 2000. - С. 5– 14

3. Ниже в публикуемой автобиографии С. И. Снессоревой. - С. 539– 554. (Далее – Автобиографическая записка)

4. См.: Автобиографическая записка

5. Впервые архимандрит Игнатий побывал в Валаамском монастыре в 1838 году. Поездка эта была вызвана возложенной на него Св. Синодом обязанностью разобраться в причинах беспорядков, происходивших в монастыре, и продлилась по чти полгода – с мая по ноябрь. По материалам расследования архимандрит Игнатий написал подробный рапорт из шести разделов (См.: Настоящее издание. Т. 3. - С. 394–419. О связях Святителя с Валаамским монастырем см. также: И. Родченко. "Переписка святителя Игнатия с игуменом Дамаскииым". Там же. Т. 3. - С. 420–505)

6. Брат святителя Игнатия, П. А. Брянчанипов, комментируя одно из поздних писем Вла дыки к нему, писал: "В молодости своей еще юнкером, инженерным офицером, находясь часто в кругу современных литераторов и пользуясь особым расположением одного из них, Гнедича, Преосвященный Игнатий принял за правило и часто повторял совет Гнедича: чтоб сочи пения, писанные до сорока лет, без всякого исключения считать решителыю неоконченными, в том убеждении, что с этих только лет в авторе может быть признаваема достаточная зрелость ума, опыта и вкуса, а потому все, вышедшее из-под пера до сорока лет, следует не издавать печатно, а оставлять до упомянутого периода жизни, в который, пере смотрев сочинение, переправить оное и тогда произнести о нем свой суд, или отдавать в печать, или уничтожить. Это правило, которого держал ся Преосвященный Игнатий, служит объяснением того, почему он, говоря о своих сочинениях, считает все написанные им до сорока лет как бы несуществующими, а те, которые написаны им в сорокалетнем возрасте, он признает в вышеприведенном письме незрелыми относительно настоящей духовной высоты его понимания". – Святитель Игнатий Брян чанинов. Творения. Кн. 6. Письма. Жизнеописание святителя Игнатия Брянчапинова. М.: Лепта, 2002. (Далее – Творения. Кн. 6.) С. 1097. – Письмо Х° 186 от 21 нояб. 1862 г

7. Сенковский Осип Иванович (1800–1858) – ориенталист, лингвист, критик, журналист, писатель (псевдоним – Барон Брамбеус), редактор журнала "Библиотека для чтения" с 1834 по 1856 г. До своей болезни в 1848 г. был практически полным хозяином журнала, большинство статей писал сам. "Библиотека для чтения" – ежемесячный журнал словесности, наук, художеств, промышленности, новостей и мод. Первый в России из т. н. "толстых" журналов, пользовавшийся большой любовью читателей. Издавался в Саикт Петербурге с 1834 по 1865 г.

8. Плюшар А. А. Энциклопедический Лексикон. [В 40 тт.], т. 1 – 17. – СПб.: Издательство А. А. Плюшара, 1835–1841. Плюшар Адольф Александрович (1806–1865) – известный издатель. Заведовал типографией, перешедшей ему от отца и существо вавшей с 1813 г. Одним из замечательных его предприятий, был "Эн циклопедический Лексикон", долгое время являвшийся образцом из даниях подобного рода. Планировался выпуск 40 томов, но по разным причинам Плюшар был вынужден прекратить издание. Всего напечатано 17 томов (буквы А – Д). О. И. Сенковский редактировал с 12 го по 16-й тома

9. Ахматова Елизавета Николаевна (1820–1904) – прозаик, переводчица, издательница. В 1842 г. послала из Астрахани свой перевод с французского языка в редакцию "Библиотеки для чте ния", после чего между ней и О. И. Сенковским началась переписка. В 1845 г. познакомилась с Сенковским лично, а в 1848 г. переехала в Петербург и начала сотрудничать в "Библиотеке для чтения" в качестве автора и переводчицы. В дальнейшем издавала и редактировала жур налы "Собрание иностранных романов" и "Дело и отдых"

10. См.: Ав тобиографическая записка

11. Валаамский монастырь // Библиотека для чтения. 1847. Т. 82. Науки и художества. - С. 66–90. Подпись: И. И. И

12. "Валаамский монастырь". СПб.: тип. К. Крайя, 1847. 27 с. Подпись: И. И. И.; То же. СПб.: тип. К. Крайя, 1847. 40 с. В первом собрании своих сочинений – Сочинения епископа Игнатия: В 4 т. СПб.: тип. И. И. Глазунова, 1865–1867 (далее "Сочинения") – Святитель поместит его под названием: "Посещение Валаамского монастыря". – См.: Настоящее издание. Т. 1. - С. 394–420.

13. Спасо-Бородинский в честь Нерукотворного Образа Господа Иисуса Христа женский монастырь основан в 1838 г. на Бородинском Поле, близ д. Семеновское вдовой героя Отечественной войны 1812 г. генерал майора А.А.Тучкова М. М. Тучковой (впоследствии игуменией Марией) на месте гибели ее мужа

14. Николо-Бабаевский мужской монастырь основан после 1500 г. в посаде Большие Соли (35 км от Костромы и 28 км от Ярославля) на правом берегу Волги при впадении в нее реки Солоницы

15. Иеромонах Игнатий (Васильев) – с 1832 по 1837 г. – послушник Спасо-Преображенского Валаамского монастыря и Троице-Сергиевой пустыни, с 1839 г. – иеромонах, с 1841 – казначей, а с 1844 г. – наместник Троице-Сергиевой пустыни. Письма архимандрита Игнатия из Николо-Бабаевского монастыря за время его отпуска к иеромонаху Игнатию (Творения. Кн. 6. С. 367–462) содержат много ценной для нашей темы информации.

16. Творения. Кн. 6. - С. 401. – Письмо № 13 от 18 сент. 1847 г

17. Воспоминание о Бородинском монастыре // Библиотека для чтения, 1847. Т. 85. Науки и художества. С. 121–122. – Подпись: И.; То же. СПб.: тип. К. Крайя, 1847. 4 с. – Подпись: И. Вошло в "Сочинения". – См.: Настоящее издание. Т. 4. - С. 473–475

18. См.: Творения. Кн. 6. - С. 367–462. – Письма: № 5, 13, 17, 20, 21, 28, 42

19. См.: Творения. Кн. 6. - С. 843. – Письмо № 300 от 6 септ. 1862 г

20. Александрова А. А. – лицо не установлено

21. Игнатий Брянчанинов. Странствие ко вратам вечности: Переписка с оптинскими старцами и П. П. Яковлевым, делопроизводителем свт. Игнатия. М., 2001. - С. 230. – Письмо № 18 от 7 септ. 1847 г

22. Творения. Кн. 6. - С. 401. – Письмо № 14 от 22 септ. 1847 г

23. Творения. Кн. 6. - С. 413

24. Там же. - С. 402. – Письмо № 15 от 25 септ. 1847 г

25. Фамилию Снессоревой писали по-разному, но сама София Ивановна в документах и в своих произведениях подписывалась: Снессорева

26. Архимандрит Игнатий имел в виду сочинение "De imitatione Christi" (о подражании Христу), автор которого – Фома Кемпийский, собственно Ф. Гамеркен или Гаммерлейн, (1380–1471), знаменитый мистик аскет, родился в Кемпене близ Кёльна, – был приором августинского ордена. Указанное произведение выдержало 5000 изд., переведено на все языки. Эту книгу святитель Игнатий неоднократно называл написанной в состоянии прелести. См., например, развернутый анализ ее в статье "О прелести". (Настоящее издание. Т. 1. - С. 235–239)

27. Творения. Кн. 6. С. 424. – Письмо № 26 от 1 дек. 1847 г.

28. Замысел архимандрита Игнатия не был исполнен. Произведения, написанные в это время, Святитель включил в собрание своих сочинений; в 1862– 1867 гг. некоторые из них были изданы отдельными брошюрами или опубликованы в журнале "Домашняя беседа" (См.: Библиография тру дов святителя Игнатия и литературы о нем – Настоящее издание. Т. 4. - С. 654–655, 666–668)

29. Бытие, гл. 37, 39–50

30. Творения. Кн. 6. - С. 458. – Письмо № 42 от 24 марта 1848 г

31. См. сноску 2 (с. 516) к письму № 6

32. Муравьев А. Н. Скит Гефсиманский // Библиотека для чтения. 1849. Т. 96. - С. 105–114

33. Иосиф. Священная повесть, заимствованная из книги Бытия // Библиотека для чтения. 1849. Т. 96. Рус екая словесность. - С. 115–156. – Подпись: И.

34. Там же. - С. 115

35. Иосиф. Священная повесть, заимствованная из книги Бытия / Предисл. авт., доп. и представлено от ред. СПб., тип. К. Крайя, 1849. IV, 42 с. – Подпись: И. Вошло в " Сочинения". – См.: Настоящее издание. Т. 2. - С. 14–45

36. Чаша Христова. СПб.: тип. К. Крайя, 1849. 16 с

37. Собрание писем святителя Игнатия Брянчани нова, епископа Кавказского и Черноморского / Сост. игум. Марк (Ло зинский); Предисл. игум. Андроника (Трубачева) и игум. Марка (Лозин ского); Центр изучения, охраны и реставрации наследия свящ. Павла Флоренского. М.; СПб., 1995. - С. 510–511. – Письмо № 267 от 22 дек. 1849 г

38. Жизнеописание епископа Игнатия Брянчанинова. – М.: изд во им. Свт. Игнатия Ставропольского; РНБ, 2002. - С. 166. (Далее – "Жизнеописание".)

39. Творения. Кн. 6. - С. 428. – Письмо № 28 от 25 дек. 1847 г. Судя по письмам, в начале 1848 г. "Воспоминание о Бородинском монастыре" было переиздано в той же типографии. – См.: Там же. – Письма № 38 от 23 февр., М° 42 от 24 марта. 1848 г

40. См. сноску 3 (с. 517) к письму № 7

41. Вероятно, это произведение архимандрита вошло в "Сочинения" в составе тома "Аскетическая проповедь" под названием "Беседа в понедельник первой недели Великого поста: Приготовление к таинству исповеди". – См.: Настоящее издание. Т. 4. - С. 44–66

42. Творения. Кн. 6. - С. 703–704. – Письмо № 178 от 30 сент. 1862 г

43. Кладбище // Библиотека для чтения. 1851. Т. 105. Февраль. Смесь. С. 130–131. Вошло в "Сочинения". – См.: Настоящее издание. Т. 1. - С. 170–171. Сад во время зимы // Библиотека для чтения. 1851. Т. 105. Февраль. Смесь. С. 131–132. Вошло в "Сочинения". – См.: Настоя щее издание. Т. 1. - С. 165–166.

44. "Жизнеописание". - С. 166. Эти пер вые публикации произведений Святителя "Кладбище" и "Сад во время зимы" не включены и в "Библиографию трудов святителя Игнатия и литературы о нем". – См.: Настоящее издание. Т. 4. - С. 649–776

45. См. сноску 2 (с. 518) к письму № 9

46. С 1851 по 1862 г. вышли в свет три его произведения: Валаамский монастырь. – СПб.: тип. Г. Трусова, 1856. 73 с; Речь, произнесенная в Св. Синоде настоятелем Сергиевой пустыни архимандритом Игнатием при наречении его во епископа Кавказского и Черноморского, октября 18 дня 1857 года. (СПб.: Б. и., 1857J. 3 с; То же: // Христианское чтение. 1857. Ч. 2. Июль-дек. С. 346–348; [Отзыв на проект преобразования морских учебных заведений адмирала графа Путятина] // Замечания разных лиц на проекты преобразования морских учебных заведений адмирала графа Путятина, 1860–1861. Ч. 2. Подлинные отзывы в алфавитном порядке. СПб., 1861. - С. 499–510

47. Творения. Кн. 6. - С. 703–704. – Письмо № 178 от 30 сент. 1862 г

48. Там же. - С. 705–706. -Письмо № 180 от 18 окт. 1862 г

49. Аскоченский В. И. (1813–1879) -прозаик, журналист, историк. В 1858–1877 гг. редактор-издатель и главный автор еженедельного журнала "Домашняя беседа", издание которого прекратилось в связи с болезнью и смертью Аскоченского.

50. Журнал В. И. Аскоченского и сам он были постоянными объектами критики, радикально настроенной и даже умеренной печати. А. И. Герцен, например, называл "Домашнюю беседу" "духовным журналом иезуит ско православного направления". – См.: Герцен А. И. Собрание сочинений: В 30 тт. М.: ИМЛИ, 1954–1965. Т. 18. - С. 199

51. Творения. Кн. 6. - С. 709. – Письмо № 183 от 8 нояб. 1862 г

52. Работая в редакции журнала "Библиотека для чтения", Снессорева к тому же постоянно состояла переводчицей в журналах Е. Н. Ахматовой "Собрание иностранных романов" и "Дело и отдых". – См.: Автобиографическая записка.

53. Глазунов Иван Ильич (1826–1889) – представитель издательской и книготорговой фирмы Глазуновых, основанной в 1782 г. и издававшей собрания сочинений русских писателей, труды историков, педагогов и пр

54. С 1862 года до кончины Святителя в 1867 г. было опубликовано четырнадцать его произведений различных жанров в "Домашней беседе" и еще тринадцать вышли в издательстве В. И. Аскоченского и типографии И. И. Глазунова отдельными изданиями. См.: Семенова Т. Н. Библио графия трудов святителя Игнатия и литературы о нем (за 1847–2001 гт.) // Настоящее издание. Т. 4. - С. 654–655, 666–668. Все они позже будут включены в собрание сочинений святителя Игнатия

55. "Жизнеописание". - С. 482

56. Цензор

57. Творения. Кн. 6. - С. 723. – Письмо № 195 от 10 янв. 1864 г

58. Творения. Кн. 6. - С. 508–510. – Письмо № 34 от 3 марта 1864 г

59. Глазунов был издателем журналов Е. Н. Ахматовой.

60. Творения. Кн. 6. - С. 763. – Письмо № 227 от 6 янв. 1865 г.

61. См. сноску 1, - C. 487

62. Дарьюшка странница // Домашняя беседа. 1864. – Вып. 2–11

63. Творения. Кн. 6. - С. 1098 – Сноска к письму № 261 от 25 окт. 1864 г.

64. Творения. Кн. 6. - С. 802–803. – Письмо № 261 от 25 окт. 1864 г

65. Снессорева жила в Царском Селе

66. См.: Из записок Михаила Васильевича Чихачова// Настоящее издание. Т. 1. - С. 600

67. Кончина Преосвященного епископа Игнатия (Брян чанинова) // Домашняя беседа. 1867. Вып. 21, 20 мая. С. 578–584.; То же. СПб.: тип. Морского Министерства, 1867. 13 с

68. Во втором (позднем) варианте Автобиографической записки "На память другу" Снессорева дает более подробную характеристику изданию: "По желанию родственников покойного епископа Игнатия Брянчанинова я написала, со слов очевидцев, несколько страниц о последних днях его жизни. Небольшое издание разошлось между родными и знакомыми". (РО ИРЛИ. Ф. 155, не обработан.)

69. Соколов Л. А. Епископ Игла тий Брянчанинов: Его жизнь, личность и морально аскетические воззрения. В 2 ч. Киев, 1915. Ч. 2. - С. 9

70. См. сноску № 1, - C. 487.

71. мой "Валаам" кончен. – Архимандрит Игнатий сообщает о завершении работы над первым вариантом своего произведения "Валаамский монастырь" (см. сноски 2 и 3 (с. 489) к Предисловию), в основу которого, вероятно, лег его рапорт "Описание Валаамского монастыря и смут, бывших в нем, составленное благочинным монастырей Сапкт Петербургской епархии архимандритом Игнатием". (См.: Настоящее издание. Т. 3. С. 394–419). Архимандрит Игнатий не только художественно обработал краткие сведения о Валааме, упомянутые в небольшой пер вой главе рапорта, по значительно дополнил их цитатами из монастырских рукописей, Евангелия, Святоотеческих писаний и другой литературы об истории монастыря. Доработка текста, очевидно, была закончена после второй служебной поездки архимандрита на Валаам, состояв шейся в сентябре 1846 г., о которой он писал П. П. Яковлеву 9 сентября 1846 г.: "С 3 го сентября я на Валааме; сегодня 9 е, а депутата – еще нет. Наступают осенние непогоды. Так во время пребывания нашего в Коневце была там сильнейшая буря, так что самый пароход пришел тремя днями позже". См.: Странствие ко вратам вечности. Переписка Святителя Игнатия Брянчанипова с оптинскими старцами и П. П. Яковлевым, делопроизводителем свт. Игнатия. М., 2001. - С. 226.

72. г. Сенковскому – Сенковский О. И. См. сноску 4 (с. 489) к Предисловию

73. Рим. 5. 5

74. Цар. 19. 12

75. Колю – Снессорев Николай Аполлонович. первый ребенок Аполлона Васильевича и Софии Ивановны Снессоревых. Родился 23 июля 1838 г. в Астрахани. – РГИА. Ф. 1343. Оп. 29. № 4595. Л. 50 ("Свидетельство о рождении и крещении сына Николая"). Дата смерти не установлена. Трое последующих детей (мальчик и две девочки) умерли в младенчестве. См.: Автобиографическая записка

76. Написано из Николо Бабаевского монастыря (см. сноску 2 (с. 491) к Предисловию), где архимандрит Игнатий находился в отпуске на лечении с июля 1847 г. по май 1848 г

77. Елизаветы Ивановны – Егорова Елизавета Ивановна (1810–1895), старшая сестра С. И. Снессоревой. Жена статского советника Егорова, Обер провиантмейстера Сибирского корпуса. – ГАВО (Государственный архив Воронежской области). Ф. 29. Оп. 138. Д. 82. Вероятно, после смерти мужа Елизаветы Ивановны сестры жили вместе в Царском Селе. – ИРЛИ. Ф. 540. Оп. 1. № 352. См. также Автобиографическую записку

78. Написано из Николо Бабаевского монастыря

79. статью "Чаша Христова" – Архимандрит Игнатий высылает рукопись только что написанного им произведения, которое будет издано отдельной брошюрой: Чаша Христова: Соч. архим. Игнатия, настоятеля Сергиевой пустыни. – СПб.: тип К. Крайя, 1849. 16 с. См.: Настоящее издание. Т. 1. - С. 504–512

80. "Мой дар друзьям моим" – Книга под таким названием не была издана. См. сноску 6 (с. 493) к Предисловию

81. Иосифу Ивановичу – Так архимандрит Игнатий называл Осипа Ивановича Сеиковского

82. Воспоминание о Бородинском монастыре, какое у меня было в душе, такое и вышло на бумагу. – Архимандрит Игнатий имеет в виду публикацию: Воспоминание о Бородинском монастыре // Библиотека для чтения, 1847. Т. 85. Науки и художества. - С. 121 – 122. – Подпись: И. См.: Настоящее издание. Т. 4. - С. 473–475

83. с сестрицею Вашею – Егорова Е. И

84. Написано из Николо-Бабаевского монастыря

85. Доставив Коле земное счастие". – Сын С. И. Снессоревой по личному распоряжению цесаревича Александра (будущего императора Александра II) был помещен во вторую С. Петербургскую гимназию. См.: Автобиографическая записка. Также: Историческая записка 75-летия СПб. 2-й гимназии. 1–3 ч. Сост. препод. А. В. Курганович и А. О. Круглый. СПб.: тип. Э. Арнгольда, 1894. Ч. 2. (1831–1880). С. 424. Также: РГИА. Ф. 1343. Оп. 29. № 4595. Л. 36. (Дело о дворянском происхождении рода Снесаревых.)

86. Письмо мое к Иосифу Ивановичу и рукопись "Иосиф" возвратили – Архимандрит Игнатий посылает рукопись своего произведения для публикации в "Библиотеку для чтения". О причине ее возвращения см. в Предисловии

87. кто-то другой занимается изданием "Библиотеки для чтения" – Дела редакции в это время ведет А. В. Старчевский.

88. "Беседа предуготовительная к таинству исповеди". – Произведение святителя Игнатия под таким названием в печати не появлялось.См. сноску 4 (с. 496) к Предисловию

89. подражание огласительным беседам святого Кирилла Иерусалимского – Кирилл (315–386), святой Отец Церкви, с 351 г. епископ Иерусалимский. Известны его проповеди (импровизации, записанные его слушателями), огласительные и тайноводствеиные поучения (24) имеют важное значение для истории христианских догматов, таинств и обрядов

90. Сербинович Константин Степанович (1797–1874) – писатель. С 1833 по 1856 г. редактировал "Журнал Министерства Народного Просвещения" и в то же время состоял до 1859 г. директором Канцелярии Обер прокурора Святейшего Синода. Позже был членом Комиссии прошений

91. о. Иоанникий – Цензор

92. цензуры духовной – О. И. Сенковский в 1828–1833 гг. был цензором

93. "Письма с Востока" – О. И. Сенковский был выдающимся ориенталистом своего времени. Он обладал незаурядными способностями и знаниями в области восточных языков. С 1822 г. был профессором С. Петербургского университета по кафедре арабской словесности. (Об этой стороне деятельности Сенковского см.: Алиева Л. Г. О. И. Сенковский – путешественник и востоковед. Автореферат канд. дис. М., 1977.) Тем не менее опубликованного произведения О. И. Сенковского с таким названием обнаружить не удалось

94. Нахимов Павел Степанович (1802–1855) – русский флотоводец, адмирал. В Крымскую войну, командуя эскадрой, разгромил турецкий флот в Синопском сражении (1853). В 1854–1855 гг. руководил герои ческой обороной Севастополя

95. Событие, о котором идет речь в письме, – благословение адмирала Нахимова иконой святителя Митрофана, посланной архимандритом Игнатием, – описано в опубликованных "Записках" С. И. Снессоревой.

96. полковника X. – Лицо не установлено

97. "Сами себя, друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим". -Прошение Великой ектеньи на Божественной Литургии

98. Мф. 26. 41.

99. Петр Александрович Брянчанинов.Л\809-\89\) – брат святителя Игнатия, Ставропольский вице-губернатор, действительный статский советник, в 1862 г. по расстроенному здоровью уволен от службы, поселился в Николо Бабаевском монастыре в положении послушника

100. издает некоторые мои сочинения. – В 1862 г. произведения Святителя начинает издавать и публиковать в своем журнале "Домашние беседы" В. И. Аскоченский: Евангельские блаженства//Домашняя беседа. 1862. Вып. 45. С. 377–378; Вып. 46. С. 401–403. – Подпись: Николо Бабаевский монастырь. 1847 г. Без указания имени автора; Мысли о чтении Евангелия// Домашняя беседа. 1862. Вып. 43. С. 333–335; Вып. 4. С. 357–359. – Подпись: Николо-Бабаевский монастырь. 1847. Без указапия имени автора; Роса // Домашняя беседа. 1862. Вып. 48. С. 450– 452. – Подпись: Сергиева пустынь. Без указания имени автора. А также отдельными изданиями: Поучение о спасении к простому народу (крестьяиам) при посещении епархии, составленное Игнатием, епископом бывшим Кавказским и Черноморским, ныне жительствующим на покое в Николо Бабаевском монастыре Костромской епархии. СПб.: изд. В. Аскоченского, 1862. 23 с; Слово о смерти, составленное Игнатием, бывшим епископом Кавказским и Черноморским, ныне пребывающим на покое в Николо Бабаевском монастыре Костромской епархии. СПб.: изд. В. Аскоченского, 1862. 148 с; Чаша Христова: Соч. архим. Игнатия, бывшего настоятеля Сергиевой пустыни, ныне епископа, жительствую щего па покое в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии. СПб.: изд. В. Аскоченского, 1862 (обл. 1863). 16 с

101. Назначение Великого Князя на Кавказ – Михаил Николаевич (1832–1909) – Великий князь, 4 й сын Николая I. В 1862–1881 г. Наместник Кавказа, Главнокомандующий Кавказской армией в 1877–1878 гг

102. веровах, темже возглаголах – Пс. 115. 1

103. Ивану Ильичу – Глазунов Иван Ильич – издатель сочинений святителя Игнатия. См. сноску 1 (с. 502) к Предисловию

104. Святой Исаак Сирский – Преподобный Исаак Сирин, епископ Ниневийский. Жил в VI веке. Автор аскетических сочинений

105. Иоанн Лествичник (484–563) – Игумен Синайского монастыря. Автор сочинения "Лествица, возводящая на небо" и других аскетических сочинений.

106. А В – Лицо не установлено

107. Л Ивне – Лицо не установлено

108. Николай Аполлонович – Сын С. И. Снессоревой

109. несть мужеский пол и женский – Гал. 3. 28

110. Деяи. 14. 22

111. Лк. 18. 10–14

112. сочинения святого Тихона – Святитель Тихон (Задонский)(1724– 1783), духовный писатель, церковный деятель. Ко времени переписки Святителя с С. И. Снессоревой были изданы его сочинения: Полное собрание сочинений преосвященного Тихона, епископа Воронежского и Елецкого. СПб., 1801. Сочинения преосвященного Тихона, епископа Воронежского и Елецкого. Т. 1–15. М.: Синодальная типография, 1836–1837.

113. Письма Затворника Георгия – Георгий Затворник (Машурин Егор Алексеевич) (1789–1836) – Послушник Задонского Богородицкого монастыря Воронежской епархии. Затворился в холодной келье и провел в затворе 5 лет. Пострижен под именем Стратопик, но в пароде известен как Георгий затворник. В 1839 г. впервые были изданы его письма из затвора: Письма в Бозе почившего затворника Задонского Богородицкого монастыря, Георгия. М.: Университетская тип., 1839. – 210, VI c

114. ему посчастливилось на службе – Сведениями о службе сына Снессоревой мы пока не располагаем

115. "Опытов" – Речь идет о подготовке к изданию двух томов сочинений святителя Игнатия, издаваемых под общим названием "Аскетические опыты". – См.: Настоящее издание. Т. 1–2

116. .Глазуновым – Глазунов Иван Ильич

117. увидел я Вас в уединенной обители Бабаевской-. – София Ивановна по приглашению Святителя посещала Николо-Бабаевский монастырь, вероятно, несколько раз. Точно известна дата последнего посещения – 13 сентября 1866 г

118. Петр Александрович – П. А. Брянчаиинов – брат Святителя

119. не согрешая перед Господом Богом занятиями, Ему неблагоугодными – Святитель имеет в виду переводческую работу С. И. Снессоревой в светских журналах. См.: Автобиографическая записка.

120. брошюрки о Дарьюшке-. – Речь идет о первом произведении Снессоревой: Дарьюшка: Очерк жизни русской странницы. СПб.: Тип. И. И. Глазунова, 1864

121. Об ужасах и искушениях, какие душа может испытывать, при переходе своем в жизнь загробную: С присовокуплением тех выводов, к которым ведет соображение необыкновенных обстоятельств в сем рассказе помещенных, и кратких понятий о духах злых в настоящем их положении и о влиянии их на людей, в прибавлении. СПб.: тип. Дома Призрения малолетних бедных, 1864. 30 с

122. "Слово о смерти". – Составлено Игнатием, бывшим епископом Кавказским и Черноморским, ныне пребывающим на покое в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии. – СПб.: изд. В. Аскоченского, 1862. 148 с; То же. – СПб.: изд. В. Аскоченского, 1863. 194 с. См.: Настоящее издание. Т. 3. - С. 67–176

123. " Слово о видении духов". – Слово о чувственном и духовном видении духов и совещание души с умом. Составлено Игнатием, епископом бывшим Кавказским и Черноморским, ныне жительствующим на покое в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии. СПб.: изд В. Аскоченского, 1863. 107 с. См.: Настоящее издание. Т. 3. - С. 5– 66.

124. Покайтеся Покайтеся и обратитесь да очиститеся от грехов ваших: яко да приидут времена (образы) прохладна от лица Господня. Деян. 3. 19, 20 / Издание русского на Афоне Пантелеимонова монастыря. СПб.: тип. Дома Призрения малолетних бедных, 1865. 26 с.

125. о. Игнатию – Вероятно, архимандрит Игнатий (Малышев), который стал настоятелем Сергиевой пустыни после отъезда святителя Игнатия на Кавказ

126. Николая Аполлоновича – Сын СИ. Снессоревой

127. СИ. Снессорева тяжело болела в феврале 1866 г. См. об этом в письмах Святителя: Творения. Т. 6. - С. 789–790. – Письма № 249 от 2 февр. и № 250 от 13 февр. 1866 г

128. ..матушка Варсонофия – Монахиня Варсонофия (в миру Мария Никитична Крымова; 1800–1866) – воспитанница графини А. А. Орловой Чесменской, благочинная и казначея СПб. Воскресенского первоклассного общежительного женского монастыря. Умерла 1 февраля 1866 г

129. постарайтесь тщательным поминовением усопшей вознаградить упущение, сделанное при ее кончине – М. Ворсонофия не смогла исполнить своего желания – причаститься перед смертью. С.И. Снессорева подробно описывает кончину м. Ворсонофии в книге: Игумения Феофания (Готовцева). СПб.: тип. И.И. Глазунова, 1868. - С. 16–168.

130. ..родилась в 1816 году – В документах более позднего времени София Ивановна называет 1815 год. См., например: ИРЛИ. Ф. 540. Оп. 2. № 375. Л. 3. (Прошение С. И. Снессоревой в Постоянную комиссию для пособия нуждающимся ученым, литераторам и публицистам. 22 ноября 1895 г.)

131. Иван Николаевич и Елисавета Ивановна Руновские – Отец Софии Ивановны, происходящий из обер-офицерских детей, получил личное дворянство, служа на Кавказе. Внесен в 3-ю часть Дворянской родословной книги Воронежской губернии. В 1826 г. произведен в коллежские асессоры. Мать (по-видимому, сирота) была "крестной дочерью генерал-майора и кавалера Ивана Козмича Краснова". См.: РГИА. Ф. 1343. Оп. 28. № 3377 (Дело о дворянстве рода Руновских). Л. 6, 9, 11.

132. Замечательно, что этот пансион существует, начиная от 1829 года до настоящего 1871 года, не имея в основании денежных капиталов, не пользуясь правительственными субсидиями; поддерживается же един ственно умственным капиталом этой достойной уважения женщины, одаренной редкой добросовестностью и всеми семейными добродетеля ми, педагогическими способностями, знанием дела и сердца человече ского. Почти полвека отдала она на пользу русских детей, оставляя в сердцах их неподкупную благодарность. Не следовало ли обращать вни мание и оценять по достоинству труды подобных деятельниц на русской земле? – Примеч. С. И. Снессоревой

133. Чтоб иметь полное понятие об этом счастливом для воронежских детей времени, полезно прочитать прекрасную биографию Станкевича, написанную Анненковым. – Примеч. С. И. Снессоревой. [См.: Анненков П. В. Николай Владимирович Станкевич. Переписка его и биография. М., 1857 (па обл. 1858). - С. 18–20 (первая пагинация) – Е. А. и Е. П.)].

134. вышла замуж – Муж Софии Ивановны – Аполлон Васильевич Снессорев – коллежский секретарь, служил письмоводителем Воронежского комитета о земских повинностях. Венчание состоялось 17 апреля 1836 г. – РГИА. Ф. 1343. Оп. 29. № 4595 (Дело о дворянском происхождении рода Снесаревых). Л. 46 (об.), 51

135. немедленно уехала – 4 мая 1836 г., через две недели после венчания, А. В. Снессорев был уволен от должности письмоводителя Воронежского комитета о земских повинностях, по прошению. – Там же. Л. 46 (об.)

136. в Энциклопедическом словаре Плюшара. – См. сноску 1, - C. 490. София Ивановна с мужем писали для этого издания статьи на букву "Г", которые помещены в 13–15 томах, изданных в 1838 г

137. Масальский Константин Петрович (1802–1861) – прозаик, драматург, поэт, критик, переводчик. В 1842–1844 гг. и в 1847– 1852 гг. – редактор журнала "Сын Отечества". Со второй половины 1830-х гг. занялся исторической беллетристикой, при этом тщательно прорабатывал исторические источники, в т. ч. иностранные и архивные; публиковал их в составе художественных произведений или отдельно.

138. Кашкин Дмитрий Евгеньевич (1771 – 1843) – стихотворец, переводчик, музыкант-самоучка: играл свои музыкальные сочинения на изобретенном им самим инструменте (гигантской гитаре с 36 струнами – "димитаре")

139. Калькбреннер Фридрих Вильгельм (1788–1849) – немецкий пианист, композитор, музыкальный писатель. Возможно, София Ивановна перевела написанное им пособие "Methode pour apprendre le pianoforte a l'aide du quide-mains" (1830)

140. Муж принял первое место – А. В. Снессорев в феврале 1838 г. был вызван на службу в Астраханскую губернию в должности чиновника особых поручений при Военном губернаторе. См.: РГИА. Ф. 1343. Оп. 29. № 4595. Л. 46 (об.) Должность астраханского военного губернатора и управляющего гражданской частью с 1834 г. исполнял Иван Семенович Тимирязев (1790–1867). См.: "Астраханские губернаторы: Историко-краеведческие очерки. Астрахань, 1997. - С. 57–68

141. двухлетнего сына – Сын-первенец А. В. и С. И. Снессоревых – Николай – родился 23 июля 1838 г. в Астрахани. См.: РГИА. Ф. 1343. Оп. 29. № 4595. Л. 50. ("Свидетельство о рождении и крещении сына Николая").

142. Тимирязева Софья Федоровна (1799–1875) – жена//. С. Тимирязева. (См. примеч. № 9.) Вместе с управляющим астраханской таможнею надворным советником А. Ю. Поливановым была восприемницею во время крещения Николая, которое состоялось 7 августа 1838 г. в астраханской церкви Входа в Иерусалим. См.: РГИА. Ф. 1343. Оп. 29. № 4595. Л. 50–50 (об.).

143. См. сноску 3 (с. 490) к Предисловию

144. tic douloureux – болезненный тик (франц.).

145. См. сноску 2 (с. 513) к письму № 3

146. См. сноску 2 (с. 516) к письму № 5.

147. "Библиотека для Чтения" – ежемесячный журнал словесности, наук, художеств, промышленности, новостей и мод. Первый в России из т. н. "толстых" журналов. Издавался в Санкт Петербурге с 1834 по 1865 г. Издатели – А. Ф. Смирдин, М. Д. Ольхин, В. П. Печаткин. Редакторы: 1834–1836 гг. – О. И. Сенковский и Н. И. Греч, 1837–1855 гг. – О. И. Сенковский, 1856–1860 гг. – А. В. Дружинин, 1860–1863 гг. – А. Ф. Писемский, 1863–1865 гг. – П. Д. Боборыкин

148. Сенковский Осип Иванович (1800–1858) – см. сноску 4 (с. 489) к Предисловию

149. Старчевского и Печаткина – Старчевский А. В. – в 1848–1856 гт. помощник редактора "Библиотеки для чтения", а фактически – редактор. Печаткин В. П – один из издателей "Библиотеки для чтения"

150. Зарин Ефим Федорович (1829–1892) – литературный критик, переводчик, поэт. В 1861–1863 гг. вместе с Д. Ф. Щегловым заведовал отделами наук, критики и публицистики "Библиотеки для чтения". По воспоминаниям современников, от него зависела публикация переводов в журнале. См.: Писемский А. Ф. Письма. М.-Л., 1936. - С. 518

151. Боборыкин Петр Дмитриевич (1836–1921) – плодовитый прозаик, драматург, литературный и театральный критик. В начале 1863 г. приобрел право на издание "Библиотеки для чтения" и был редактором его до 1865 г. Неопытность в редакторских делах привела к финансовым затруднениям. Вынужден был приостановить издание в мае 1865 г. и после выхода последнего номера в августе уехал за границу. В течение 20-ти лет выплачивал долги

152. Троллоп Антоний. Орлийская ферма// Библиотека для чтения. 1863. Январь – октябрь. Троллоп Энтони (1815–1882) – крупный английский романист 2-й пол. XIX в., признанный мастер семейных хроник и политического романа

153. Гаскель Э. Дело темной ночи // Библиотека для чтения. 1863. Ноябрь – декабрь. - С. 1–169. Гаскелл Элизабет (1810–1865)- известная английская писательница

154. История английской литературы. (Histoire de la litterature anglaise, par. H. Taine. Paris, 1864): Из Westminster Review. // Оте чественные записки. 1864. Т. 154, июнь. - С. 561–609. Тэн Ипполит Адольф (1828–1893) – французский литературовед и философ позитивист, критик

155. Зарин Е. Ф. в 1864–1866 гг. участвовал в редактировании журнала "Отечественные записки".

156. Дружинин Александр Васильевич (1824–1864) – прозаик, критик, переводчик. Был редактором "Библиотеки для чтения" с 1856 по 1860 г. "Век" – еженедельный общественно-политический и литературный журнал, был основан в 1861 г. П. И. Вейнбергом (его официальным редактором), А. В. Дружининым, В. В. Безобразовым и К. Д. Кавелиным

157. Журнал "Пантеон" в разные годы имел различные названия. Под названием "Пантеон" – ежемесячный литературно-художественный журнал – он издавался в 1852–1856 гг. В эти годы редактор журнала – А. Ф. Кони

158. "Сын Отечества: политический, ученый и литературный журнал" – выходил еженедельное апреля 1856по 1861 г. Издатель-редактор – А. В. Старчевский. С 1862 г. "Сын Отечества: ежедневная политическая, литературная и ученая газета"

159. "Собрание иностранных романов, повестей и рассказов в переводе на русский язык" – журнал, бессменным редактором которого с 1856 по 1885 г. была Е. Н. Ахматова. С 1884 по 1885 г. журнал назывался "Собрание переводных романов, повестей и рассказов". Выходил ежемесячно. В 1856 г. издателем был Королев, затем – И. И. Глазунов, с 1870-х гг. – сама Ахматова. В год выходило 10–12 больших романов и до 50 повестей. (В дальнейшем: "Собрание иностранных романов".)

160. Школа при церкви Св. Анны была открыта в 1736 г. в период правления императрицы Анны Иоанновны. Находилась в Петербурге по адресу: Кирочная, 8. См.: Антонов В. В., Кобак А. В. Святыни Санкт-Петербурга. СПб., 1996. Т. 3. - С. 242

161. Герштекер (в современном написании) Фридрих. В Америку! // Собрание иностранных романов. 1857. Т. 4–6

162. Переводы всех этих произведений помещены в "Собрание иностранных романов" с 1859 по 1870 г.

163. "Дело и Отдых: чтение для мальчиков и девочек всех сословий" – журнал выходил ежемесячно. Просуществовал с 1864 по 1866 г. Редактор и издатель Е. Н. Ахматова.

164. Все перечисляемые ниже Софией Ивановной ее переводы опубликованы в журнале "Дело и отдых" за 1864–1866 гг

165. Рассказ о мальчике, который отыскивает своего отца, пропавшего без вести в Северном Полярном море. С англ. СПб., Е. Н. Ахматова, 1870

166. "Народные сказки, собранные Братьями Гриммами". Т. 1,2. СПб., 1862–1864. Тома состоят каждый из четырех книжек. Книжка первая вышла в 1862 г., книжки со второй по четвертую – в 1863 г., остальные – в 1864 г

167. Шпак Виктор Сильвестрович (1847–1883) – художник, иллюстрировал книги, писал карикатуры. Сотрудничал в журнале Страчевского "Сын Отечества", а также других журналах.

168. Дарьюшка, очерк жизни русской страницы. СПб., тип. И.И. Глазунова, 1864. 120 с.

169. Игумения Феофания (Готовцева) СПб., тип. И.И. Глазунова, 1868. 272 с.

170. Кончина Преосвященного епископа Игнатия (Брянчанинова) Домашняя беседа. 1867. Вып. 21, 20 мая. - С. 578–584. То же. – СПб.: тип. Морского Министерства, 1867. 13 с.

171. Avis aux lectrices (франц) – к сведению читательниц. (Здесь – некоторая игра слов Avis aux lecteurs (буквально – к сведению читателей) означает "предисловие"; "(обращение) к читателю".)

 

***

Молитва святителю Игнатию Брянчанинову, епископу Кавказскому и Черноморскому:

  • Молитва святителю Игнатию Брянчанинову, епископу Кавказскому и Черноморскому. Молитвенный покровитель монахов и всего церковного причета: священнослужителей и певчих, семинаристов и всех студентов, миссионеров и катехизаторов, подвизавшихся на Кавказе, да и вообще среди агрессивной иноверческой среды. Святителю Игнатию молятся о мире и благополучии на Кавказкой земле, о даровании покаянного чувства, при излишней привязанности к благам мира, о ревности к исполнению христианского служения, за священноначалие церковное, о твердом стоянии в Православии. Поскольку епископ Игнатий в свое время освятил известные источники кавказских минеральных вод, пользуясь целебной силой источников, ему молятся об успешном исцелении во время санаторно-курортного лечения

Акафист святителю Игнатию Брянчанинову, епископу Кавказскому и Черноморскому:

Канон святителю Игнатию Брянчанинову, епископу Кавказскому и Черноморскому:

Житийная и научно-историческая литература о святителе Игнатии Брянчанинове, епископе Кавказском и Черноморском:

Труды святителя Игнатия Брянчанинова:

 

 
Читайте другие публикации раздела "Творения православных Святых Отцов"
 

Миссионерско-апологетический проект "К Истине"

Читайте также:



© Миссионерско-апологетический проект "К Истине", 2004 - 2019

При использовании наших оригинальных материалов просим указывать ссылку:
Миссионерско-апологетический "К Истине" - www.k-istine.ru